Читаем Пуговица Дантеса полностью

С кого начнём? Конечно же, с «чёрного полковника» Павла Ивановича Пестеля (1793–1826), «несостоявшегося Бонапарта» декабрьских событий 1825 года. Сын сибирского генерал-губернатора, он при крещении получил имя Пауль Бурхард (семья исповедовала лютеранство). Имея за плечами хорошее домашнее образование, в течение пяти лет обучался в немецком Дрездене; после возвращения в Россию продолжил обучение в столичном Пажеском корпусе, после окончания которого был определён прапорщиком в лейб-гвардии Литовский полк.

Участник Отечественной войны 1812 года, принимал участие в сражении при Бородине и битве при Лейпциге. В Бородинском бою был тяжело ранен, награждён золотой шпагой за храбрость. По выздоровлению стал адъютантом графа Витгенштейна. Масон. Один из учредителей «Союза спасения» и «Южного общества».

На момент описываемых событий Пестель являлся командиром Вятского пехотного полка. «…Он на всё годится, – восхищался подчинённым фельдмаршал Витгенштейн. – Дай ему командовать армией или сделай его каким угодно министром, он везде будет на своем месте».

О Павле Ивановиче Пестеле говорить можно много, рассказывая хорошее и плохое. Но одно известно точно: полковник был казнокрадом. Не секрет, что, командуя полком, командир части изъял из полковой казны… 60 тысяч рублей! Много это или мало? Если учесть, что штоф водки в те годы стоил не дороже 20 копеек, получается, не просто много – неприлично много! Пестелю чудесным образом удалось создать самую настоящую мошенническую схему финансирования части. Как выяснила следственная комиссия, деньги в Вятский пехотный полк поступали двумя потоками, один из которых прямёхонько стекал в кармашек командира. Кроме того, имели место и махинации с казёнными деньгами Киевской губернии, где был расквартирован полк. Когда и этого показалось мало, не побрезговал святая святых – денежным довольствием подчинённых, которое стал нагло удерживать. Причём не только у солдат, но даже у офицеров.

Впрочем, не он один. Примерно тем же занимался ещё один декабрист – генерал-интендант 2-й армии Алексей Юшневский: у того счёт шёл на сотни тысяч…

Наверное, можно было бы за них заступиться: не для себя же, в конце-то концов, старались – для дела. Только кто, скажите мне, беря «для дела», не оставляет «по чуть-чуть» для себя, любимого? Воровать изначально низко, о чём и предупреждает библейская заповедь…