Технические возможности в лаборатории Северо-Западного филиала были куда богаче, чем у их мобильной группы в Сланцах, но делу это не помогло. Когда труп поместили в криокамеру и подвергли быстрой заморозке, он уже скорее напоминал скелет, стремительно теряющий куски плоти…

— Мерзкое зрелище, — сказал Лесник, когда Алладин вынул кассету из видеодвойки.

— Да уж, не голливудская комедия, — кивнул Алладин.

Дальнейшие действия коллеги удивили Лесника — тот убрал кассету в специальный футляр, снабжённый кодовым замком и даже системой экстренной ликвидации. Затем вынул из дипломата нечто, напоминающее платёжную ведомость, и протянул Леснику, ткнув пальцем в нужную графу.

— Распишись, что ознакомлен.

— Слушай, вы там в СЗФ с секретностью не переборщили? Что за тайны мадридского двора?

— А мы тут ни при чём. Список тех, кто может смотреть это кино в полном объёме, утверждён лично обер-инквизитором. Расписывайся, расписывайся…

Любопытно, что ни фамилии, ни псевдонимы людей, отмеченных великим доверием Юзефа, в ведомости не фигурировали — лишь номера, отсылающие к некоему другому документу. Ну конспираторы…

Лесник расписался. И спросил напрямую:

— Так зачем ты натравил нас с Костоправом на мадам Заславцеву? Если повязать ту девчонку, — он кивнул на погасший экран, — оказалось легко и просто?

Алладин ответил невинно-младенческим взглядом.

— Зачем? — давил Лесник.

— Ну ты же взрослый человек, всё понимаешь… Вы ведь с Костоправом тоже внакладе не остались, неплохую дичь сегодня зацепили. А нашему парню позарез нужно успешно закончить расследование. И СЗФ его успех позарез нужен… Так что давай уж каждый своим делом займётся: он девками водоплавающими, а вы — теми орлами, что вокруг шныряют, да ещё манеру взяли шеи себе ломать при задержании. Глядишь, где-то и когда-то пересекутся ваши дорожки.

Приказом прозвучавшие слова никоим образом не были, да и быть не могли — носимое Алладином звание суб-координатора соответствовало в табели о рангах Конторы званию полевого агента. К тому же устав предписывал вышестоящим по званию брать командование на себя в ситуациях чрезвычайных, инструкциями не предусмотренных.

Короче говоря, заместитель начальника оперотдела СЗФ не имел права командовать полевым агентом, пусть и действующим на его территории. Равно как препятствовать ему в чём-либо. Зато в каком объёме и в какие сроки Лесник получит при нужде помощь Псковской резидентуры — зависело исключительно от Алладина.

Оба это хорошо понимали.

Необходимо было договариваться, потому что дорожки, по которым двигались Лесник и будущий оперативник-суггестор северо-западных, пересеклись гораздо раньше, чем предполагал Алладин. Тут же и пересеклись — едва Лесник достал список из десяти федеральных телефонных номеров. Номера были очень похожими, отличаясь лишь последней цифрой.

— Надо уточнить фамилии и координаты абонентов, — сказал Лесник, но не стал объяснять, что одному из упомянутых абонентов собирался позвонить их пленник, с которым плотно работает Костоправ. У вас свои секреты, у нас будут свои…

Алладин долго молчал, разглядывая список недоумённо, как будто вместо цифр в нём были изображены египетские иероглифы. Тяжело вздохнул, словно принял какое-то неприятное решение, достал ручку, обвёл вытянутым овалом один из номеров — тот, что заканчивался семёркой.

— Этого абонента уточню хоть сейчас. Похоже, именно он тебе и нужен. Боюсь, скоро ты начнёшь наступать нашему парню на пятки и дышать в затылок.

Лесник пожал плечами. Какие претензии? Они с Костоправом, чтобы раздобыть этот номер, в сейфы к северо-западным не вламывались…

Алладин выдержал ещё более долгую паузу и сказал с просительными нотками в голосе:

— Послушай, Андрюха, давай как-то договариваться…

Лесник удивился, по имени Алладин не называл его с самого выпуска. И ответил, специально выбрав уставную форму обращения:

— Договариваться о чём, господин суб-координатор?

— Я сливаю тебе всё, что мы подготовили по операции «Русалки». Причём сливаю, рискуя огрести преогромный фитиль от начальства. А ты… Ты просто дай Светлову проявить себя…

— Светлов — это ваша будущая звезда сыска и суггестии?

— Он самый… А если он себя проявит не очень… В общем, постарайся тогда помянуть его в отчёте помягче… По рукам?

— Хм… Я так понимаю, у вас уже заготовлена победная реляция о его подвигах, как и чем бы он себя не проявил? Ладно, по рукам. А теперь рассказывай всё.

5

Вечерело. Башни Псковского кремля в лучах закатного солнца являли собой роскошное зрелище — прямо хоть садись и пиши картину. Но Лесник не жалел об отсутствии у него кистей, мольберта и художественных способностей, поскольку задумчиво лицезрел в тот момент предмет куда более прозаичный — лежавшую на столе газету на шестнадцати страницах. Называлась газета банально и заурядно — «Магический вестник». Рекламное объявление на последней странице было обведено красным маркером.

Изучив рекламу, Лесник констатировал: