– Демон Тьмы продолжает выступать из черепа Каларана. Посланец Света отодвинулся так далеко в правую глазницу, что его почти не видно. Даже при том, что наиболее разрушительные проявления смещения пространства-времени начали исчезать – советники вашего высочества оказались правы на этот счет, – мне становится все труднее убедить церковные власти в том, что все в порядке.

Улыбка принца Рэнго была холодной.

– Я хорошо тебе заплатил, чтобы ты развеял их страхи. Сделай это.

– Сделаю, – поспешно пообещал Леммл. Он наклонился вперед на стуле, понизив голос настолько, что принцу тоже пришлось податься вперед, чтобы расслышать сказанное.

– Но, мой господин, что, если череп говорит правду? Что, если порождение Тьмы угрожает благим делам Фолтейна? Разве нам не следует что-то предпринять?

Принц громко расхохотался.

– Я не верю магическим побрякушкам. Как может череп злого волшебника снабжать нас сколь-нибудь надежной информацией? Клянусь, Леммл, ты стал таким же суеверным, как твои хозяева! Я считал тебя солидным бизнесменом.

Леммл вспыхнул.

– Это правда, принц Рэнго. Однако магия – могущественная сила. Тот, кто с ней играет, играет с опасными вещами.

Принц похлопал по мечу в ножнах.

– Предоставь мне позаботиться об этом, Леммл. Этот меч победил великих противников. Сохрани спокойствие в Храме, и через несколько дней все уладится. Я буду коронован, и ничто не будет грозить мне и тем, кто хорошо мне служил.

– Да, ваше высочество, – слабо улыбнулся Леммл. – Я вернусь с докладом через несколько дней.

– Прекрасно. – Смех принца звучал громко, но глаза его оставались холодными. – И постарайся, чтобы твой доклад мне понравился.

– Постараюсь, сир, постараюсь. Леммл поспешно покинул зал заседаний принца. В животе у него бурчало от смеси сладкого напитка и тревоги. Он уже благополучно добрался до своих комнат, когда вспомнил, что того меча, которым принц разгромил своих великих врагов, уже нет в столице. Молебой, как и остальные артефакты, увезли, чтобы спрятать.

ТРЕБУЕТСЯ ХРАНИТЕЛЬ

(Роберт Линн Асприн)

Бэээээ!

Даже если бы драконы не обладали исключительно острым слухом, этот звук пробудил бы Шмирнова ото сна.

Не открывая глаз и не поднимая головы, массивная рептилия прислушалась, пытаясь определить источник шума.

– Бэээ-ээ.

Да. Никакого сомнения. В его пещере находится овца.., нет, несколько овец.

Овцы!

Что, черт побери, эти идиоты из деревни задумали на этот раз?

– Бээээ. Дзынь.

Второй звук, почти заглушенный блеянием овец, насторожил Шмирнова. Он открыл глаза и поднял голову, отыскивая источник этого звука.

Овцы не носят доспехов. Будь то овцы о четырех ногах и покрытые шерстью или двуногие, живущие в хатах, овцы доспехов не носят.

– Покажись! – потребовал дракон.

– Бээээ.

Теперь он видел овец, по крайней мере полдюжины, толкущихся у входа в пещеру. Однако, как он и подозревал, ни одна из них не носила доспехов.

– Покажись! – снова крикнул дракон. – Объяви о своих намерениях, или я буду предполагать худшее и действовать соответственно!

Низкорослая плотная фигура появилась из-за каменного валуна и остановилась, вырисовываясь силуэтом на светлом фоне входа.

Пюм! Сперва овцы, а теперь гном! Ну и ну. А он-то было подумал, что это будет еще один скучный день.

– Я Иббл! – сказал гном. – Я пришел с миром!

– С миром? – проворчал дракон. – Это было бы приятное разнообразие.

Тем не менее оружия у гнома видно не было.., если только он не спрятал его за валуном. И потом…

– А где остальные? – презрительно усмехнулся Шмирнов.

Иббл заметно вздрогнул и бросил быстрый взгляд через плечо.

– Остальные? – спросил он.

– Не играй со мной в игры, человечек! Снаружи тебя ждут еще по меньшей мере десять человек. Воины, насколько я могу определить по звуку.

Теперь, когда Шмирнов окончательно проснулся, он ясно слышал поскрипывание кожаных ножен и другие негромкие звуки, выдававшие группу вооруженных людей. Более того, именно то, что звуков этих было так мало, указывало не просто на воинов, а на закаленных в бою ветеранов.

Это уже больше похоже на то, что дракон привык ждать от людей.

Старый способ нападения втихую, э? Если бы в нем было немного меньше рыцарства, он притворился бы, что не знает об их присутствии, и позволил бы им предпринять попытку.

– Есть и другие, да, – поспешно согласился гном. – Но никто из нас не замышляет против тебя ничего плохого. Мы только хотим с тобой поговорить. Только это, и еще, может быть, попросить тебя об одолжении.

– Об одолжении?

Это действительно становилось интересным. Порывшись в памяти, Шмирнов не смог припомнить, когда в последний раз человек просил его об одолжении, если такое вообще когда-нибудь было. Выполнит он просьбу или нет – сама просьба может оказаться забавной. И все же лишняя осторожность не помешает. Предательство и обман – торговая марка людей.

– Откуда мне знать, что это не подвох? – спросил он, позволяя подозрительной интонации просочиться в его голос.