– Ну, если он не спустится к нам немедленно, мы уедем без него! – пригрозила Джэнси.

Сквилл встал. Сделал шаг по направлению к ним, будто услышал Джэнси на расстоянии четверти мили сквозь хаос потопа и раскаты грома. Помахал рукой.

Разряд молнии ударил в конец двенадцатифутовой волшебной палочки связиста. Вспышка получилась ярче, чем все, вместе взятые, молнии, которые гроза швыряла на землю до сих пор. Кости Сквилла на мгновение проявились на фоне светящегося электрического шара, а потом растворились, как и все остальное.

Джэнси снова встала. Она не поняла, что сбило ее с ног и заставило приземлиться на задницу – удар электричества, расколовший небо гром или просто изумление.

– Давай двигать! – сказала она Калле. Эльф все равно ничего не слышал какое-то время после удара грома, последовавшего за молнией; но ему и не надо было говорить, что пора убираться с этого места.

***

Буря кончилась недалеко от основания дюны, скрывающей Антурус. Граница между дождем и его отсутствием была резкой, как лезвие бритвы.

Дюны, которая прежде покрывала Антурус. Дождь размыл лесс и унес его прочь с энтузиазмом, на который не способна ни одна бригада муниципальных рабочих. Огромные реки ила текли на все четыре стороны от этого места, следуя небольшим складкам рельефа и делая их еще глубже.

А может быть, потоки текли вверх. В конце концов это же было Запустение Томидор.

Вьючные лошади ржали, поздравляя друг дружку с тем, что остались в живых. Калла Малланик остановился и снял с себя тунику, чтобы отжать. Даже если бы они прихватили с собой запасную одежду, ничто не могло побывать под таким ливнем и не промокнуть насквозь.

Джэнси оглянулась назад, на пенящееся, кипящее под дождем озеро.

– Наверное, мы могли подождать, – сказала она. – Антурус полностью освободится через двадцать минут.

– Не думаю, чтобы из этого что-нибудь получилось, – отозвался эльф. Его голос тоже звучал не особенно весело.

Небо на западе стало алым, хотя солнце уже должно было уйти далеко за горизонт.

– С Сомбризио все будет в порядке, – произнесла Джэнси оживленным голосом. – Когда-нибудь парень по имени Магомет увидит в куче песка некий предмет. Когда он нагнется, чтобы поднять его, предмет спросит, обращалась ли его мамаша в суд с иском к верблюду о признании отцовства.

– Да уж, – отозвался Калла. – Что бы гора ни делала, этот перстень и глазом не моргнет.

Джэнси пощелкала языком паре лошадей, которых вела за собой. И снова зашагала вперед.

– Мы действительно это сделали, правда? – сказала она. – О нас долго будут говорить. Герои, которые избавились от Сомбризио.

– Держу пари, – согласился Калла. – Это был не один подвиг, а целых полтора, я готов заявить об этом всему миру!

Раздался тихий звук. Джэнси резко обернулась.

– Прости, – сказал смущенный эльф. – Я на обед съел банку консервированных бобов с сосисками.

– Вот как, – отозвалась Джэнси. И снова щелкнула языком лошадям.

– Я тоже по ней скучаю, – произнес Калла Малланик едва слышно: но с другой стороны, Джэнси этого и говорить не надо было.

За их спинами под кровавым небом блистали опаловые башни Антуруса.

ПРЕЛЮДИЯ ТРЕТЬЯ

(Роджер Желязны)

Какого роста подружки невесты, миледи? – недоверчиво спросила портниха.

Рисса показала рукой.

– Ну, я довольно высокая, а они обе выше меня. Кажется, у меня где-то есть несколько накидок Джэнси, а Домино.., ну, она же была Домиником Блейдом, так что вы без труда можете повидаться с мужским портным, который ее обшивал. Она всегда жила здесь, в Калтусе, по крайней мере когда не была на войне.

Морщинки вокруг глаз портнихи стали глубже. Они только что закончили вторую примерку подвенечного платья, и оно получалось сногсшибательным. Осталось совсем немного рутинной работы: пришить бесчисленные ярды кружева, сотни жемчужин и подшить подол – в том числе и тридцатифутовый шлейф.

Теперь, с умелой помощью Дейзи, они разрабатывали костюмы для гостей свадебной церемонии. Гостей было не слишком много, принимая во внимание, что это королевская свадьба. Вся семья Риссы была убита Калараном – как и семья Рэнго. Это решило сложную проблему сочетания платьев матери невесты и матери жениха, но хватало и других проблем.

– Доминик Блейд, – повторила портниха слабым голосом. – Прекрасно, ваше высочество. Кажется, я что-то о ней слышала. Если я правильно помню, она черноволосая, а Джэнси Гейн блондинка?

– Правильно, – ответила Рисса. – Это создает трудности?

– Это действительно ограничивает нас в выборе цвета. Розовый, например, очень идет блондинкам, но редко льстит брюнеткам.

– Не думаю, что Джэнси наденет розовое, – сказала Рисса, слегка содрогнувшись при этой мысли. – Как насчет бледно-голубого?

– Я о нем думала, но обе вышеупомянутые дамы довольно загорелые. – Швея нахмурилась. – Бледно-голубой цвет придаст желтизну их коже. А как насчет светло-зеленого? Это вполне королевский цвет, и он будет уместным, ведь за церемонией венчания сразу же последует коронация.