Читаем Психолавка полностью

Выстирал заскорузлую одежду и надел ее мокрой. Сначала Хью намеревался отдохнуть до конца дня и высушить одежду на кустах, но ри были слишком близко, и он не чувствовал себя в безопасности. Едва ли кто-то из них вернется назад, чтобы проверить, нет ли погони, но такая возможность не исключалась, учитывая тот факт, что сиу в самом деле преследовали их довольно долгое время. Наткнуться на отставших теперь уже тоже было маловероятно, и все же какая-нибудь случайность могла задержать нескольких индейцев, которые теперь могли спешить вдогонку за остальными. Поэтому Хью оставался настороже и двинулся дальше своим раскачивающимся шагом, готовый в любой момент скрыться в придорожных кустах, завидев людей.

Однако день клонился к вечеру, а единственными звуками, составлявшими компанию стуку костыля, оставались птичьи трели да редкие всплески воды. Несколько желтых листьев сорвались и спланировали перед ним. Подмышка и плечо затекли, зато состояние ноги заметно улучшилось, она не болела теперь даже при случайных касаниях земли. Кожа на голове, лоб и нос также заживали, часть струпьев отвалилась во время купания. Головная боль прекратилась – он даже не смог вспомнить когда.

На пути больше не попадались фрукты и ягоды. Ри ободрали все кусты и деревья. Хью решил раздобыть, если повезет, на ужин еще рыбы. Шагая по дороге, он вдруг понял, что впервые за много дней опять наслаждается жизнью.

По дороге он думал о времени, проведенном вместе с пауни, причем недавние мечты и галлюцинации придавали новую окраску его воспоминаниям. Как-то вождь принял решение отправиться в Сент-Луис, где должна была состояться встреча охотников и промысловиков. Совет племени признал разумным послать миссию мира, а заодно заверить меховую компанию в том, что пауни являются надежным и дружественным народом, на который можно рассчитывать, когда возникнет потребность в проводниках, посыльных или рабочей силе. Не повредит племени и предоставление режима благоприятствования во всем, что касается торговли, особенно металлическими изделиями, огнестрельным оружием, одеждой, лошадьми. Ради всего этого стоило пуститься в путь.

Как странно было Хью въезжать в город, где жили люди, похожие на него – или не слишком похожие? Он понял, что очень изменился. Лишь через несколько дней комнаты с четырьмя стенами и шумные улицы перестали смущать его. Он снова вошел во вкус чтения утренних газет за чашкой кофе. Тогда-то ему и попалось на глаза объявление в «Миссури Рипабликен», которое вновь заставило его задуматься о том, что постоянно приходило в голову последние дни. Меховая компания Скалистых гор проводила дополнительный набор мужчин в команду охотников на этот сезон с базой в форте Генри. Майору Эндрю Генри, чьим именем был назван форт, нужны были как охотники, так и трапперы, особенно трапперы – люди со знанием индейских наречий и троп. Позже Хью узнал, что возле устья реки Йеллоустон форт понес большие потери в людях и лошадях от ассинибойнов и черноногих.

Действительно, это было похоже на предприятие, которое отвечало его желаниям, и которому он подходил безоговорочно. Его уже порядком утомила жизнь в племени пауни. А тут… стоит пошевелить пальцем, и увидишь новые земли… Он улыбнулся и допил кофе, решил сходить на собеседование и выяснить подробности.

Когда Хью пришел по указанному адресу, с ним поговорили и тут же сделали предложение поступить на работу. Опыт его, похоже, произвел сильное впечатление, и Хью подписал контракт.

За оставшиеся дни, что он провел в Сент-Луисе, Хью познакомился с несколькими людьми, подолгу жившими на природе – одни по контракту с меховой компанией, другие просто путешествуя с востока на запад и обратно. Одним из них был тот странный человек, Джон Кольтер, которому довелось дойти с Льюисом и Кларком до океана. В глазах его был какой-то странный свет, который сперва показался Хью признаком лунатизма, но позже он понял, что это… нечто иное – такой взгляд бывает у шамана, слишком долго пребывавшего в видениях. В его рассказах слышалось не бахвальство записного болтуна, но глубокая убежденность, вселившая в Хью смутное беспокойство. Тогда он ушел от этих рассказов о путешествиях и приключениях с уверенностью в абсолютной искренности того человека, и теперь, спустя много лет, снова задумался над его историями…

…Позже, когда уже стало темнеть, он наконец поймал свою рыбу, зажарил и поужинал. Затем умылся, помассировал ногу, плечо, руку и устроился на ночлег подальше от дороги. Заснул с чувством полного удовлетворения.

Утром позавтракал ягодами и водой из реки. Несколько Дней размеренной ходьбы, и он привыкнет к своей раскачивающейся походке. Он уже начинал улавливать ее ритм и теперь был убежден, что в вертикальном положении Движется с большей скоростью и с меньшими усилиями.