Читаем Проводник (СИ) полностью

Ушастик, судя по лицу, шутки не понял. Коротко кивнув, он вернулся в дом, а я остался тренироваться. Хотя, полноценной тренировкой это нельзя было назвать. Я быстренько пробежался по упражнениям, стараясь особенно не напрягаться (мне же еще долги отдавать), попутно размышляя, какой Дар молодец. Вчера я не успел осознать истинную ценность полученного подарка. Просто не до того было. А вот Ушастик не только сообразил, что может дать мне его память, но и загодя принял меры. Честь ему и хвала!

К слову, если разобраться, фактически я уже закончил обучение лесного стража. Пусть и в чужом теле. Согласен, некоторые знания и умения вследствие избирательного просмотра памяти Дара у меня отсутствуют, но все основные навыки благополучно усвоены, о чем свидетельствует неосознанное погружение в глубокую медитацию. Выходит, ученическая метка уже неактивна? Или я ошибаюсь? Так-так, дайте боги памяти… Вроде братишка говорил, что связь между нами можно разорвать только в том случае, если я признаю, что больше ничему не могу у него научиться. Хм… Какое-то расплывчатое условие. Как, скажите на милость, я это узнаю? А вдруг он мастер по ковырянию в носу? Мне и этому нужно будет учиться? Я уже не вспоминаю о магии, к которой у меня нет ни малейших способностей. Получается, мы связаны навечно? Блин, фразочка прямиком из дешевой мелодрамы.

Одно радует — тратить двадцать лет (как в самом начале пугал меня Дар) на освоение мастерства лесного стража не придется. Если новобранцам Академии дают год, чтобы подтянуть свои физические возможности к требуемым нормам, то я благодаря ускоренной регенерации и талантливому алхимику-энтузиасту наверняка справлюсь быстрее. А вот с навыками и впрямь назревает проблема. Много ли их останется к тому времени как я «раскачаюсь»? Это пока свежи воспоминания, умения Ушастика сами лезут на поверхность, а потом их придется долго и нудно выковыривать. Но что толку сожалеть? Сейчас использовать их в тренировках я все равно не могу. Для рукопашной мои связки не годятся, для стрельбы из лука мышцы недостаточно крепкие… Хотя, поработать с мечами мне ничто не мешает. Да, пусть мои габариты чуть больше, но пропорции-то у нас с Ушастиком одни.

За забытыми в комнате клинками бежать было лень. Выдрав из покосившегося забора длинную штакетину, я переломил ее пополам и оценил получившиеся палки. Чуть легче моей пары и в руках лежат неудобно, но — сойдет! Взмахнув дрынами на пробу, я вызвал в памяти базовый курс и приступил к выполнению Первой Цепи — простейшей связке защитных приемов, призванных отклонить клинки нескольких противников, взявших тебя в кольцо. Взмах «братом», поворот, режущий замах «сестрой» и сразу шаг в сторону. «Братом» поставить блок, развернуться, хлестнув сталью. Уклонение и скользящий удар «сестрой», а «брата» в это время завести за спину, отражая возможную атаку… Ой!

Я остановился и почесал пятую точку, получившую неслабый удар. Повезло, что я не взял настоящие клинки. А ведь мог! И тогда по дурости отчекрыжил бы себе полягодицы. Слабые мышцы кисти и недостаточно разработанный локтевой сустав сделали движение более резким, а в итоге только лень спасла меня от серьезного увечья. Выбросив палки, я дал себе зарок — без разрешения Ушастика к серьезным тренировкам не приступать, и потопал на кухню, так как голод разыгрался не на шутку. Там ополовинил кувшин с водой (не заморю червячка, так утоплю!), пользуясь тем, что Дар снова по уши погрузился в расчеты, стянул со стола яблоко и надкушенный сухарь.

Добычу я сгрыз уже в своей комнате, стоя у окна и глядя на то, как Вика гоняет Лисенка. Хотя, «гоняет» — немного не то слово. Орчанка выясняла уровень физической подготовки рыжей, заставляя ее выполнять простейшие упражнения, пока хватит сил. Хвостатая старалась. Не знаю, что там с силой, но ее выносливость вызывала уважение. К примеру, я в возрасте Лисенка столько приседаний подряд не сделал бы. Ноги бы раньше отвалились. А упорная рыжая сопела, стискивала зубы и продолжала приседать.

Говорят, можно вечно смотреть на то, как горит огонь, как течет вода, и как работают другие, однако наблюдать за девушками мне быстро наскучило. Размышляя, чем бы заняться до обеда, чтобы отвлечься от мыслей о еде, я наткнулся на взгляд Мурки и обрадовался.

— Подруга, ты уже не спишь! Тогда как насчет первого урока? — я улегся рядом с мариланой и попросил: — Объясни мне, как передавать воспоминания.

Кошка объяснила. Подробно, внятно, доходчиво, с примерами, которые помогали мне в буквальном смысле на собственной шкуре прочувствовать процесс. Ей богу, если бы профессора в моем универе так читали лекции, все студенты молились бы на них. А особо благодарные даже жертвоприношения устраивали бы. Нет, я серьезно! Стараниями Мурки общая теория покорилась влет. Правда, над практикой пришлось повозиться.