Читаем Проводник (ЛП) полностью

— Сработало, — рассмеялась я, хотя это больше походило на рыдание, и заставила мои пальцы разжаться. Листья упали на плитку.

А потом все взорвалось.

Кухонные шкафы и ящики распахнулись. Столовое серебро превратилось в шрапнель. Бокалы взрывались как гранаты вокруг меня. Кастрюля с соусом для спагетти взорвалась как вулкан, и буханка хлеба, которую я пекла, выстрелила из духовки и врезалась в стену.

Я рухнула на пол, закрывая уши руками, и сжалась в углу. Через комнату банки начали вылетать из кладовой. Надо мной вилки свистели по воздуху и вонзались в стену. Я сжалась в клубок и обхватила руками ноги, прижимаясь так близко к стене, настолько могла. Я могла почувствовать ее. Она чувствовалась льдом, колющем холодом на моей коже. Я не могла думать. Не могла дышать. Все те заклинания, которые я прочитала… я едва могла вспомнить одно.

— Это дом живых. Мертвым здесь не место, — зашептала я в колени. — Тебе здесь не рады. — Я могла чувствовать запах соуса для спагетти, горящего наряду с шалфеем, но я не могла двигаться. Все, что я могла делать — повторять это много раз, пока мои губы не почувствовались онемевшими. — Это дом живых. Мертвым здесь не место. Тебе здесь не рады.

Я не останавливалась, пока все не затихло, и холод не вытек из комнаты. Она ушла? Я не ждала, чтобы выяснить это. Мои колени почти подогнулись, когда я поднялась и стряхнула стекло с джинсов. Я не могла справиться с этим. Не сейчас. Пытаясь подавить рыдание, я побежала через прихожую и в комнату, затем упала на кровать. Уткнувшись в подушку, я могла думать.

Шалфей мог не сработать, но заговор должен был. Мэв не ушла бы по собственной воле. Не тогда, если она не получила то, что хотела. Я перевернулась, шестеренки в уме крутились, и я судорожно выдохнула.

— Спасибо, — прошептала я. Я не была уверена, с кем говорила. Может быть с Богом.

— Эмма. — Финн пронесся через комнату, и я села.

— Мэв… она была здесь, — сказала я, Мой голос охрип от крика.

— Ты в порядке? — Он положил открытые ладони по обе стороны от меня и наклонился так близко, что я могла почувствовать его тепло, доходящее до моей кожи. — Эмма, ответь мне.

— Я… я в порядке. — Я посмотрела на него, и страх в моей груди ослаб. — Она ушла, да? Я больше не могу ее чувствовать.

Он кивнул.

— Почему она это делает? — Мой голос надломился.

— Она злится на меня, — сказал он мягко. — Это не твоя вина. Ничто из этого.

Он выглядел грустным и измученным, и я не могла выдержать это. Я не могла выдержать ничего из этого. Я поднялась с кровати и направилась обратно на кухню. Она была похожа на зону бедствия. Как будто долбаный торнадо пронесся через наш дом и перевернул мое убежище вверх дном. Дрожа, я коснулась ножа для стейка, воткнутого в дверцу шкафа. Как, черт возьми, я, предполагается, объясню это маме? Совершенно другой вид ужаса окатил меня. Если бы она увидела это, то она бы подумала, что я сделала это, и отослала меня назад в Брукхейвен. Она не должна была увидеть это. Я вытащила мусорное ведро и швабру и начала прибираться.

— Эмма, — сказал Финн позади меня.

Я сосредоточилась на швабре в моих руках. Твердой. Устойчивой. Я свалила кастрюлю полную битого стекла в мусорное ведро.

Финн вытащил швабру из моих рук.

— Посмотри на меня.

Я не смотрела на него. Я не могла. Я была готова разбиться вдребезги.

— Ты представляешь, что мама со мной сделает, если она придет домой и увидит это? Я не могу… она не должна увидеть это.

Он больше ничего не сказал, но также и не ушел. Уголком глаза я видела, что он бросал сломанные вещи в мусорное ведро. Он снимал стулья и ставил их обратно вокруг стола. Вытаскивал вилки и ножи из стены и тоже бросал их в мусор. Когда мы привели кухню в более приличную форму, я уставилась на отверстия, которые оставили вилки и ножи, пытаясь придумать хорошую ложь, почему дыры появились там. Мама бы заволновалась, если бы увидела их. Первым делом с утра мне нужно будет съездить в хозяйственный магазин и купить что-нибудь, чтобы закрыть их, прежде чем она заметит.

Финн последовал за мной через зал, и когда я заползала обратно на кровать, он лег около меня. Его щека прижалась к подушке рядом со мной, но подушка не мялась и не продавливалась под его весом.

— Кухня все еще выглядит ужасно. Думаешь, она поверит мне, если я скажу ей, что устроила вечеринку? — Я рассмеялась. Что-то вроде того. Я вжала кулаки в матрас. Почему я не могла перестать дрожать? — Возможно, она будет слишком увлечена своим новым другом, чтобы заметить все отверстия в стене.

— Тебе он нравится? — спросил он тихо, пытаясь сменить тему. Я могла бы выбрать и получше.

— Я не хочу, чтобы он мне нравился, — сказала я. — Я хочу своего папу обратно.

Финн потянулся, как будто собирался убрать волосы с моего лба, но остановился. Вместо этого он позволил себе опуститься на подушки.

— Ты не можешь получить его обратно, — прошептал он. — Не наказывай ее за это.