Читаем Противотанкист. Книга 2 полностью

Ждать пришлось недолго, минут через десять замечаем впереди на шоссе тусклый свет фар, а этот характерный звук мотора ни с чем не перепутаешь. Но эксперимент довожу до логического конца. Заряжаю в сигнальный пистолет осветительную ракету и стреляю в сторону машины. Эффект получился неожиданный. ЗИС резко тормозит, а из кабины выскакивает «водятел» и убегает «на тёмную сторону луны», это он думает, что в лесу, с другой стороны шоссе никого нет, но ошибается. Его ловят, приводят в чувство и после опроса. — Откуда? Куда? Зачем? — Вместе с машиной отправляют на замаскированную «платную» стоянку, кормят, и уже в кругу своих братьев — шоферов, он должен окончательно прийти в себя. Следующий автомобиль останавливаем уже более гуманным способом, включаю фонарик с красным светофильтром и, направив на водителя, мигаю несколько раз. Знакомый рокот мотора, с подвываниями и скрежетом скоростной коробки, при переключении передач, тусклый свет фар. Как сказал мой напарник, «светит как у петуха жопа», не оставили сомнений в принадлежности данного «пепелаца». Ну, а голос с рязанским «акцентом», который высунувшись из кабины, на русском командном спросил, — «вас ист дас»? — Не оставил сомнений в идентификации его носителя.

Зато примерно через полчаса, замечаем яркий свет фар, а при приближении «объекта» различаем и незнакомый звук двигателя. Предупреждаю «группу поддержки», и готовимся к встрече. Вот он, рубеж. Даю команду.

— К бою! — Напарник стреляет осветительной ракетой, а я выдёргиваю кольцо из лимонки, и через секунду кидаю в немецкий «Опель» гранату. Лимонка удачно взрывается под колесом, поэтому пулемёты и автоматы работают уже по неподвижной мишени с расстояния тридцати-пятидесяти шагов перекрёстным огнём. Немцы пытаются отстреливаться, но при такой концентрации пуль из автоматического оружия на один метр, у них нет шансов от слова совсем. Зачистив место боя, забираем трофеи, а трупы скидываем в большую яму в лесу неподалёку, пока не закапываем, потому что надеемся, что дохлых фашиков будет ещё больше. Эту работу в основном выполняют бойцы «спецподразделения» — «Зелёный пис», которых мы отловили в лесу без оружия. «Зелёными писами» я их окрестил за пацифизм. А нехрен было пролюбливать боевое оружие, тогда были бы как все нормальные люди — красноармейцами. А вот теперь будут зелёнописами, пока не заслужат себе оружие и репутацию в бою. Так что пусть пока поработают хороняками, тем более — «Труп врага всегда хорошо пахнет». И это не я сказал, а кто-то из древних римлян, вот пусть и понюхают, и полюбуются на сверхчеловеков, которых в яме скопилось уже несколько слоёв. Бойцов же вышедших с оружием в руках, отправляли небольшими группами на пленэр, где под руководством опытных «экскурсоводов», они несли службу боевого охранения. Чисто случайно, маршрут проходил мимо «залёгшего» взвода эсэсовцев и, видя в темноте только ближайшие трупы и спотыкаясь о них, можно было предположить, что мертвяками завалено всё поле боя. Эту идею придумал и развил кто-то из взводных, а командир батальона поддержал.

Раздолбанные машины расставляем в шахматном порядке на трассе, перекрыв свободное пространство «пьяными ёжиками». После этого я иду на огневую, народу тут и без меня хватит. Моя сорокапятка слева от шоссе, Мишкина справа. Разведку на запад не высылаем, сведения стараемся получать от проезжающих в автомобилях. Но этим занимается старший адъютант батальона и ПНШ-2. А на юге мы и так знаем где фрицы. Так что весь личный состав на позициях. Несколько раз перестрелка возникала восточнее, немцы прощупывали оборону соседей и пытались перерезать шоссе, а скорее всего где-то уже перехватили. Потому что машины с той стороны подходить перестали, хотя их и так было немного, поэтому тех, кто ещё подъезжал с запада, однозначно посылали налево. А ближе к утру, всякое движение вообще прекратилось. Видимо фрицы перерезали автостраду на западе от города. Нет, «психи-одиночки» и группы бойцов просёлочными дорогами и по бездорожью ещё отходили, а вот шоссе опустело, да и звуки ружейно-пулемётной перестрелки с запада, стали доноситься более отчётливо. До этого слышался только гул артиллерии.