Читаем Против всех полностью

Эра реактивных самолетов началась в ходе Второй мировой войны. Сразу после войны время поршневых двигателей на боевых самолетах истекло. Свою песню они спели. Когда Туполев только взял в руки карандаш, чтобы повторить то, что было создано в США под руководством великого болгарина, сама идея тяжелого бомбардировщика с поршневыми двигателями себя уже полностью изжила.

В конце 1940-х годов и тем более в 1954 году стратегический бомбардировщик с поршневыми двигателями представлялся чем-то вроде парусного фрегата с медными пушками среди дымящих трубами броненосцев. Если бы в середине 1950-х годов случилась война, то никто не стал бы использовать самолеты с поршневыми двигателями для доставки ядерного заряда к реальной цели.

Но если бы из разыгранного на Тоцком полигоне сценария убрали Ту-4, то вся затея мгновенно потеряла бы смысл. То, что было продемонстрировано на тех учениях обалдевшим иностранным наблюдателям, в реальной боевой обстановке повторить было невозможно: скоростной Ту-16 не мог точно бомбить без риска попасть по своим, а устаревший тихоходный Ту-4 для войны не годился.

Короче говоря, фокусник Жуков демонстрировал та что в настоящей войне ни за что делать не стал бы. Для таких действий в великом и могучем, правдивом и свободном русском языке есть совершенно четкое определение: показуха.

3

Второй момент: кроме обычных приемов наведения на цель курс носителя на подходе к цели был обозначен оранжевыми дымами. Сама цель была выделена белым кругом радиусом 150 метров. В центре круга — белый крест. Размер креста 100 на 100 метров. Ширина полос 10 метров. В центре креста — уголковые отражатели.

Зачем все это? Ответ вроде бы очевиден: чтобы обеспечить безопасность войск. Было бы нехорошо во время учений промахнуться и бросить бомбу туда, где сосредоточены десятки тысяч людей и тысячи машин для наступления.

Согласимся. Действительно, на учениях было бы нехорошо швырнуть на свои войска нечто такое, чему бы ужаснулась даже Хиросима. Но разве на войне было бы хорошо попасть по своим? На войне не будет уголковых отражателей в центре цели, не будет белого круга и огромного креста на позициях противника.

Попасть по городу, по промышленному или транспортному узлу, по морскому порту или гидроэлектростанции достаточно легко, да и отклонение на километр или два большой роли не играет: город будет стерт с лица земли, промышленный гигант разрушен и остановлен, массы воды из водохранилища прорвутся через плотину и сметут все, что встретится на пути. Но как самолету точно выйти к переднему краю? Как различить, где свои, а где противник? И тут и там окопы и траншеи. И они одинаковые. И они замаскированы. Кроме настоящих окопов и траншей там еще и ложные нарыты — и у своих, и у противника. Там все серое и зеленое. Там не будет круга, креста и отражателей.

На учениях целимся в центр креста. А на войне куда будем целиться?

Иными словами, если использование на учениях тихоходного поршневого Ту-4 — это показуха, то использование круга и креста для обозначения цели — двойная показуха, даже показуха в квадрате.

4

Но и это не все. С первого захода экипаж майора Кутырчева цель не обнаружил. Бомбу бросили на втором заходе.

Какой же противник на войне позволит тихоходному поршневому самолету кружить над своим передним краем?

Для сброса бомбы были выбраны два лучших экипажа ВВС Советского Союза. С 12 августа (целый месяц!) они летали по одному маршруту и метали болванки в тот самый круг. После многих попыток в ходе тренировок оба экипажа добились того, что габаритно-весовой эквивалент ядерной бомбы ложился со средним отклонением 40-50 метров от центра цели. Но как на войне самый лучший экипаж с такой высоты попал бы в цель без десятков предварительных тренировок?

Кстати, бомба оказалась своенравная, с характером. 14 сентября 1954 года в белый круг она не легла — несмотря на все тренировки. Бомба отклонилась от центра цели на 280 метров в северо-западном направлении.

5

Подготовка к войсковым учениям подобного размаха в Советской Армии во все времена именовалась балетом. Ваш покорный слуга через 13 лет после описанных выше событий принимал участие в войсковых учениях «Днепр». Правда, на этот раз обошлись без настоящей бомбы. Но размах показухи был почти таким же, как у Жукова на Тоцком полигоне.

В сентябре 1967 года в ходе учений был наведен понтонный мост через Днепр. По мосту могли одновременно идти и автомашины, и железнодорожные составы. Их по мосту и пустили. Зрелище потрясающее. Но одна деталь портила картину: под паровозом мост сильно прогибался, а под вагонами — не прогибался вообще. Отчего так? Оттого, что вагоны были пустыми. Во всем эшелоне не было ни одной открытой платформы. Все вагоны были крытыми. Пусти пустые платформы — впечатление испортишь. А если вагоны крытые, создается иллюзия настоящего груженого поезда.