— Насчет подумать — это Чуриков прав, — согласился Гладких. — Я думаю, что сейчас, вообще, рано какие-то планы в этом смысле строить. Вот приедет Воронцова, расскажет все обстоятельно, тогда видно будет. Наверняка ей какие-то подробности известны. Когда, куда — всего этого мы же не знаем еще. Да и секретарь обкома мог в виду дальнюю перспективу иметь, а не завтрашний день. Не так ли?

— В общем, будем пока работать, хлопцы, — добавил Проценко. — По обязательствам у нас еще должок есть а должников мы все равно никуда не отпустим. Впрочем, пока никто еще чемоданов и не собирает. Так я понял?

— Пока — нет, — согласился Сергей.

— Нет, как вам нравится это многообещающее «пока»? — снова придрался к слову Генка.

11. Свадьба снова откладывается на неопределенный срок

На этот раз в горнопромышленном управлении Ивану Гладких сказали:

— Выбирайте. Начальником участка на прииск «Победный» или в производственно-технический отдел «Первомайского» на инженерную должность? В отношении вашего участка вопрос решен — там остается Проценко. Вы, кажется, и сами на этом настаивали?

Гладких кивнул:

— Да, но…

— О том, чтобы остаться на участке в старой должности не может быть и речи, — нетерпеливо перебил заместитель начальника управления, принимавший Ивана. — И мы, и райком партии считаем, что вдвоем с Проценко вам там делать нечего. Это было бы просто не по-хозяйски. Лично я рекомендовал бы вам производственно-технический отдел. Вы, я вижу, — он приподнял над столом личное дело Гладких, — учитесь заочно, не за горами диплом, а эта должность поспокойнее и, с одной стороны, позволит больше времени уделять учебе, а с другой, — приобретете опыт работы в аппарате, и к моменту окончания института можно будет, я полагаю, о вашем дальнейшем выдвижении подумать.

Иван очень сдержанно поблагодарил и попросил три-четыре дня на размышления.

— Только не больше, — согласились с ним. — Имейте в виду, что от вашего решения зависит назначение других товарищей.

— Максимум четыре дня, — повторил Иван.

— Тогда все.

Иван немножко схитрил. С выбором он решил повременить. А эти несколько дней были нужны ему для поездки в Магадан. Пока не было решено, кто из них, Гладких или Проценко, останется начальником на их старом участке, Иван еще колебался. Все-таки большинство ребят решили остаться на «Новом», и лучше уж было работать с ними, чем где-то на незнакомом месте. Но на его должность уже был назначен другой человек, начальником оставался Проценко, и Ивану так или иначе предстояло расставаться с участком. А стоит ли? — подумал он. Не лучше ли тогда взять и поехать на Чукотку вместе с братом и сестрой Воронцовыми, Серегой-сапером, Витей Прохоровым?

После бурного и длительного собрания, на котором Клава отчитывалась о своей поездке в Магадан, двенадцать человек решили ехать на Чукотку. Народ все боевой, Ивану хорошо знакомый — отличное ядро, вокруг которого можно было комплектовать любой новый производственный коллектив. Будет и опереться на кого на первых порах…

В Магадане знакомый кадровик встретил Ивана с плохо скрываемым раздражением.

— Нет, нет, нет! — обрушился он на Гладких, не дав ему раскрыть рта. — Даже говорить сейчас на эту тему не будем… Очередное сокращение штатов — раз. А, во-вторых, мне Чукотку срочно укомплектовать надо. Так что насчет Магадана, извини пожалуйста, придется тебе повременить еще.

Узнав же, что Иван пришел проситься именно на Чукотку, сразу расцвел в приветливой улыбке, заставил его сесть и, ловко перекидывая из руки в руку какие-то бумажки, принялся перечислять возможные варианты его, Ивана, использования на новом прииске. Поморщился, когда Гладких поставил условие: только на участок и непременно со своими ребятами. Но согласился.

— Смотри, дело твое. Я тебе добра желаю. Но могу и так, в крайнем случае. Не можете вы без мороки! Обязательно все усложнить надо…

Но как бы там ни было, на то, чтоб уладить этот вопрос, у Ивана ушло даже меньше времени, чем он предполагал, и домой — пока еще домой — он возвращался в настроении неплохом.

Заместитель начальника горного управления, к которому Иван зашел, чтобы доложить о своем отъезде на Чукотку, не разобравшись, в чем дело, буркнул недовольно:

— Безобразие! Что мы сами не нашли бы, кого откомандировать, если им люди нужны? — Но ты погоди отчаиваться. Мы еще попробуем переиграть это дело.

Но узнав, что назначение это Иван получил по собственной инициативе, надулся обиженно и попрощался с ним сухо.

Проценко, увидев Ивана, сразу же разглядел перемену в его настроении.

— Ты чего это сияешь, как подсолнух? — подозрительно спросил он. — Президентом Гвадалупы назначили, что ли?

— Еще лучше, Павел Федорович! Еще лучше! Вот разгадывай, если можешь, загадку. Оба мы вроде как на старом участке остаемся, и оба — начальниками. Уразумел?

Проценко внимательно посмотрел на Ивана, улыбнулся понимающе и с иронией заметил:

— Ай-яй-яй! Загадка — двенадцатой категории трудности! С ребятами собрался?

— Точно. Как же ты угадал, черт?