Читаем Просто металл полностью

— Воронцов, — тронул Генку за плечо Сергей, — сходи в контору наряд подпиши.

Геннадий притворился, что спит. Сергей стянул с него одеяло.

— Не слышишь, что ли?

Геннадий нехотя повернулся.

— Какой еще наряд?

— Аккордный, за мост.

— За гитарные аккорды наряды не выписывают, — снова укутываясь одеялом, буркнул Воронцов. — Пусть те деньги директор получает. А для меня это мелковато, я за длинным рублем приехал.

— Вот чудак! Иди, тебе говорят! Директор тот благодарность тебе объявил, а ты ломаешься. Да скажите вы ему, ребята!

Сергея поддержали. Горохов и впрямь подписал заготовленный начальником участка приказ с благодарностью рабочим, принимавшим в эту ночь участие в строительстве моста, в том числе и Воронцову. Подписал не читая, — все равно пофамильно новоселов он еще не знал.

Но идти в контору Геннадий все же отказался. Не пошел он с ребятами и на следующий день получать деньги.

А еще через нескольку недель мост снова стал предметом внимания и тревоги всего участка.

Бурный Тарын бушевал каждую весну, но таким его не помнили даже самые давние старожилы. Река, вскипая и пенясь, металась в тесных берегах, неся на себе вырванные с корнем кусты, ободранные о камни стволы деревьев, целые кочки желтой прошлогодней травы. Мутный поток с нарастающей силой бил в правый крутой берег и, подмывая его, обрушивал в реку тяжелые, еще сцементированные мерзлотой глыбы земли. Сердито ворча, перекатывались по дну пудовые валуны.

Ивана Гладких поднял с постели ворвавшийся в его комнату Витька Прохоров.

— Мост! — только и мог выдохнуть он. — Тарын взбесился!

И тут же умчался обратно.

Иван быстро, как по тревоге, оделся и вышел на улицу. Еще издали разглядел собравшихся на мосту людей. Здесь были Проценко, участковый механик Павлов, Виктор Прохоров и еще несколько рабочих. Они о чем-то горячо спорили. Иван, и без того шедший очень быстро, прибавил шагу.

Под напором воды деревянный, в два пролета мост трясло мелкой лихорадочной дрожью. Глухо гудело дерево, угрожающе скрипели опоры. Кряхтит, как живой, подумал Иван. Сдюжит ли? Этот главный вопрос занимал и остальных.

— Выдержит! — горячо убеждал Проценко. — Даже если подъем воды не прекратится, все равно выдержит!

— Н-да-а, — протянул Павлов. — Если так будет продолжаться, то через часок-другой плавать нам, как пить дать. — Потом, помолчав, добавил уже более решительно: — Снести его надо самим к чертовой матери! А то она, проклятая, вон что делает.

Иван взглянул в кипящую под мостом воду и сразу же понял, какую опасность имел в виду механик. Засоренный мутный поток, несший вместе с кустами, деревьями и разным мусором песок и гальку, сам намывал себе здесь плотину. Вода прибывала на глазах, и было ясно, что очень скоро поднятая ею же созданной преградой она хлынет на левый, более низкий берег. Под угрозой затопления были полигоны, дизельная электростанция, шахта, компрессорные и насосные установки, жилые и производственные помещения участка.

Подбежал начальник электростанции.

— Надо решать что-то, товарищи!. Или взрывайте его вместе со всем этим мусором, или я участок отключаю.

Проценко вскипел:

— Взрывать?! Прыток ты больно, я тебе скажу. Он здесь по щучьему веленью вырос. Когда потом построишь такой?

Но здравый рассудок одержал верх, и, как-то сразу стихнув, Павел Федорович добавил, как бы оправдываясь:

— Жалко, понимаешь?! Ведь еще б двести лет стоял.

— Намоет плотину доверху — все равно снесет. Только тогда уже поздно будет.

— Снесет, снесет!.. Что я сам не вижу?! Только я б его удержал, если бы наводнение не грозило. Десяток вон тех камушков уложил бы на мост, они бы его и попридержали.

Проценко показал на гранитные глыбы, сползшие по осыпи к подножью ближней сопки. Потом устало махнул рукой.

— Вызывайте взрывников. — И отвернулся.

Гладких потянул его за рукав, отвел в сторону.

— Я думаю, мост можно сохранить, Павел Федорович.

— Ну! Как?! — снова воодушевился Проценко.

— Экскаватор поставить надо. Ему ремонт закончили вчера только, и обкатка все равно нужна.

Проценко отмахнулся разочарованно:

— С ума сошел! Берег вон обрушивается. Опрокинется машина вместе с машинистом — ахнуть не успеешь.

— Я же говорю, не на берег, а на мост его вывести. И камушков твоих не понадобится. Двух зайцев убьем.

Проценко начал, по-видимому, сдаваться: уж больно велико было желание сохранить мост.

— А кто? Копытко за запчастями уехал, а помощник у него из новоселов, ученик фактически.

— А я? Не бойся, Павел Федорович, справлюсь. А для гарантии пусть взрывники произведут зарядку на всякий случай. Не буду поспевать — взорвать всегда успеют.

Проценко высказал последнее сомнение:

— Пока разогреешь машину, поплывем уже.

Гладких протянул руку в направлении машинного парка.

— Смотри.

Над двором тек относимый ветром дымок, комочками рваной ваты взлетали белоснежные клубы пара.

— Ребята котел проверяют, — пояснил Иван.

Проценко опустил кулак на перила.

— Ну, добре! Была не была, выводи!