Читаем Простая услуга полностью

Альбом походил на тот, в каких люди держат диски. Каждая фотография в отдельном прозрачном кармашке, от которого слегка пахнет пластиком.

Я перелистнула несколько страниц, прежде чем сообразила, что именно вижу.

* * *

На каждой фотографии было по две Эмили. Абсолютно одинаковые маленькие девочки.

Две абсолютно одинаковые Эмили в саду, на пляже, в лесу перед вывеской, гласившей “Национальный парк Йосемити”. Две девочки со светлыми волосами и темными глазами, взрослеющие по мере того, как я переворачивала страницы.

– В чем дело? – спросила миссис Нельсон. – Дорогая, у вас ужасный вид. С вами все в порядке?

Я подумала о фотографии Дианы Арбус на камине у Эмили и вспомнила слова Эмили о том, что это самая ее любимая вещь во всем доме. Миссис Нельсон сказала:

– Напомните мне, которая из них Эмили. Та, с уродливой родинкой под глазом? Боже мой, я буквально умоляла ее свести эту гадость. Хотя иногда я только по ней их и различала. Разумеется, позже, когда Эвелин была вечно пьяна или под кайфом, различать их стало проще.

– Я не знала, что у Эмили была сестра-близнец, – сказала я. Старуха нахмурилась:

– Как не знали? Вы уверены, что вы подруга моей дочери? Что вам здесь надо? Предупреждаю: у меня тут везде камеры слежения.

Я огляделась. Никаких камер.

– Просто странно, – сказала я. – Она никогда не упоминала…

– Эвелин. Ее сестра.

– Эвелин? А где она живет?

– Хороший вопрос, – заметила миссис Нельсон. – Понятия не имею. У Эвелин проблемы. Сколько-то времени она провела в ужасно дорогих реабилитационных клиниках, за которые платил угадайте кто. Время от времени я теряла ее следы, потом оказывалось, что она на улице. Эмили пыталась спасти свою сестру. Пыталась, пыталась. Но, думаю, бросила.

Как могла Эмили ни словом не проговориться, что у нее есть сестра-близнец? Почему держала это в тайне? На какой-то миг я забыла ее лицо. Которая из близнецов она?

Опустив веки, я услышала, как миссис Нельсон спрашивает, не нужно ли мне воды.

– Я в порядке. Мне надо многое обдумать.

– Эмили винила меня в проблемах Эвелин, – сказала старуха. – Но говорю вам – кстати, у вас есть дети?

– Мой сын – друг Ники, – напомнила я.

– Тогда вы поймете. Это не моя вина. Они такими родились, их вряд ли можно изменить. Это известно всем родителям. Я любила девочек одинаково. Проблемы с душевным здоровьем в моей семье наследуются, хотя никому не позволено даже говорить о них. Нельзя было упоминать, что половина наших теток и дядьев сидит в психушке. Да, девочки были совершенно одинаковыми. Одна и та же ДНК! Одни и те же отпечатки пальцев! Но я их никогда не путала. У Эмили была родинка под глазом, а у Эвелин было что-то смешное в верхнем крае ушей.

Я внимательно слушала, и в то же время мое внимание сместилось. Миссис Нельсон – мать. А я не знала, известно ли ей, что одна из ее дочерей мертва.

Одна из ее дочерей. Меня снова как ударило. У них одинаковые ДНК. Одинаковые отпечатки пальцев. Возможно, коронер не увидел разницы. Прежде чем тело нашли, оно провело в воде столько времени, что родинка под глазом и смешные ушки уже не имели значения.

Мой мозг работал на сверхскоростях, выпекая версии, как блины. Эмили убила свою сестру и утопила тело в озере? Спланировала все заранее? Превосходный способ инсценировать собственную смерть…

– Пожалуйста, выпейте воды, – сказала мать Эмили. – Вы совсем скверно выглядите.

– Все нормально, – заверила я ее. – Со мной все в порядке.

Старуха наклонилась вперед, коснулась моего колена и неожиданно заговорщицким тоном произнесла:

– Хотите, расскажу смешное? Когда мой муж был жив, а девочки маленькими, у меня было ощущение, что я должна прятать выпивку. Как будто это я была ребенком. А теперь я могу расслабиться со стаканчиком джина, не дожидаясь вечера, и никто не скажет мне, что я не могу заниматься этим вполне уместным, вполне взрослым делом. Никто мне не запретит! Не желаете присоединиться?

Было два часа дня.

– Нет, благодарю вас, – сказала я. – С вашей стороны было очень любезно пригласить меня.

Только теперь я заметила поднос с графином и двумя стаканчиками на столике возле ее кресла. Миссис Нельсон налила себе полный стаканчик чего-то неразбавленного и неторопливо, с удовольствием выпила.