Читаем Прошлое. Настоящее. Будущее полностью

Разумеется, даже в этой трущобе можно было жить. Но, конечно, водружать над ней серьёзную государственную символику было бы как-то нелепо. И очень не случайно то, что за десять (повторяю – десять!) лет никто даже и не подумал озаботиться сочинением слов к «патриотической песни» Глинки. Зачем? Слова были нужны «как в бане пассатижи»: ну какой, в самом деле, «гимн» может быть у ельцинской «федерации»? Смешно-с.

И, напротив того, начало серьёзного государственного строительства надо было начинать именно с принятия символики. Причём именно что начать с этого, а не этим закончить.

Символика – вообще очень интересная вещь. Казалось бы, мелочёвка – нечто вроде флюгера на крыше государственного здания, какой-то «петушок-гребешок», непонятно зачем нужный. Герб, гимн – ну разве можно сравнить по значимости с зарплатами бюджетников, ценами на нефть, региональным сепаратизмом, и прочими серьёзными экономическими материями?

Однако не всё так просто. Вот представьте себе, что вам нужно спускаться в тёмную страшную пещеру. У вас есть мешок с серьёзными инструментами – лопатка, ломик, тротиловая шашка… И сверху лежит лёгкий несерьёзный фонарик.

А теперь вопрос: без чего вы предпочли бы обойтись в пещере – безо всех этих ломиков и лопаток, или без света?..

Ответили? Вот то-то.

Символы, как известно, нечто «символизируют», то есть «указывают». Это, впрочем, слишком нейтральное слово. «Указывать» можно на то, что и без того видно. Символы же не просто «посылают на», но и освещают вещи, делают их видимыми и понятными. Или, точнее, они освещают пространство, в котором находятся вещи. И если обычное слово похоже на лучик света, то хороший, серьёзный, «большой» символ – это стойка с прожекторами, которые то подсвечивают «символизируемую» вещь сбоку цветными лучами ассоциаций, то направляют на неё безжалостный белый свет точных определений, то окутывают желтоватым светом исторических параллелей… Таково, например, любое «славное имя». Пушкинское «Москва, как много в этом звуке…» (слилось-отозвалось) – это очень точное описание работы символической машинерии.

Теперь задумаемся, зачем и для чего вообще нужны прожектора и указатели. Разумеется, умелая подсветка красивого здания делает его ещё краше, да и указатели, показывающие, как проехать к архитектурному шедевру, тоже не помешают. Тут, разумеется, есть где разгуляться художеству: на эту стену желтый лучик, на эту синий, а вот сюда – голубой. И, разумеется, такую работу можно и нужно делать не спеша, примеряясь и прикидывая – чтобы не напортачить, и добиться максимального эстетического эффекта.

Однако это когда уже есть что освещать. А теперь представьте себе, что никакого здания ещё нет, а есть свежевырытый котлован, в котором идут работы в три смены. Но ведь и тут нужны указатели и прожектора – просто за технической надобностью работать в темноте, ну и чтобы посторонние не ходили по площадке и не стояли под стрелой. Здесь, конечно, не до эстетики – надо обозначить место, на котором идут работы. Хотя бы для того, чтобы на том же месте не начал строиться кто-нибудь другой. Надо внятно и ясно показать – «мы здесь, это наше».

Свежепринятая российская символика ровно за этим и была нужна – для обозначения собственного места.

Причём это было правильное начало. Как уже было сказано, для того, чтобы что-то строить, надо сначала обозначить место стройки.

Теперь посмотрим, что именно было обозначено, и что там собираются воздвигать.

Опять же, предоставим слово оппонентам. Нелюбители гимна-герба-флага говорят нам (и вроде бы справедливо), что красное армейское знамя плохо сочетается с полосатым, а советская музыка – с двуглавым орлом. И что люди с красными флагами в своё время стреляли в людей с флагами трёхцветными, и что коммунистическая символика несовместима с демократической, а имперская – с республиканской. А поэтому, из уважения к исторической правде, надо выбрать что-нибудь одно, а ещё лучше – от всего этого отказаться и заменить чем-нибудь совсем новым. Начать историю, так сказать, с чистого листа. Придумать себе какой-нибудь желто-зелёный стяг, а гимном сделать, скажем, “Lusi in the Sky” [130]. А чё? Красиво, приятно. И никаких тебе лишних ассоциаций. Граждане слушают, смотрят, и довольные расходятся по домам.