Читаем Прошлое мстит полностью

– Наверное, он ушел с Ричардом, чтобы присоединиться к поискам, – ответила та. – Не волнуйтесь, я дам ему знать, где вы, когда увижу его.

– Господи, Элис, пожалуйста, пожалуйста, только будь там, – приговаривала Ванесса вслух, выходя вслед за инспектором Миллсом к полицейской машине, припаркованной неподалеку от гирлянды. К ней было приковано их с мужем внимание, когда Ванесса, возможно, в последний раз в жизни увидела дочь, пробежавшую перед домом в своем красном платье. Она отдала бы все на свете, чтобы вернуться в тот момент – кинуться к Элис, схватить ее и никогда не отпускать. Инспектор Миллс открыл для нее пассажирскую дверцу, потом сам забрался на водительское сиденье. Двигатель чихнул, оживая, и пока они двигались по подъездной дорожке, Ванесса заметила, что вдалеке уже забрезжил багровый рассвет.

Короткое путешествие по извилистым проселкам, которое она проделывала тысячу раз, пока жила в Тисовом поместье, казалось, тянулось вечно. Ванесса сидела, хватаясь за сиденье, когда автомобиль дважды заносило на грязном льду. Они свернули к дому викария, и тупиковая дорога сузилась. Мелькнули фары другой машины, которая неслась им навстречу. Миллс ударил по тормозам, и оба автомобиля с визгом остановились за мгновение до лобового столкновения. Инспектор опустил стекло, отчаянно размахивая руками и крича:

– Дорогу!

У Ванессы сжималось сердце при взгляде на него. Она пыталась не обращать на это внимания, но за прошедшие часы стало очевидно, что беспокойство инспектора Миллса сильнее, чем прежде. Его вопросы о склонности Элис к капризам и побегам прекратились, сменившись поисками иного объяснения. Гораздо более тревожного.

Она хотела, чтобы Миллс относился к исчезновению Элис более серьезно, но теперь его тревога пугала ее. Инспектор попросил ночную рубашку Элис, чтобы собаки-ищейки попытались взять след. Офицеры ходили от двери к двери, будили жителей деревни, чтобы проверить их сараи, колотя палками по заснеженным живым изгородям. Внезапно Ванессе стало до боли очевидно, что они прекратили поиски живой девочки и теперь ищут тело.

Миллс выругался себе под нос, пока встречный автомобиль задним ходом сдавал в ворота, уступая им путь. В предрассветных сумерках почти невозможно было разглядеть водителя, но, когда они проезжали мимо, Ванесса поняла, что это знакомая машина. По мерцающей фаре и брезентовой крыше, протекавшей всякий раз, когда начинался дождь, она опознала «Лендровер» Ричарда. Муж куда-то спешил от Дома викария.

Миллс притормозил, и Ванесса опустила стекло.

– Есть какие-нибудь новости?

– Нет, – отозвался Ричард.

Миллс снова надавил на газ, однако Ванесса успела заглянуть в салон «Лендровера». Это заняло лишь мгновение, но при виде двух человек, сидевших там и смотревших прямо перед собой, у нее перехватило дыхание. Лео находился на пассажирском месте, рядом с ее мужем, он не поднимал головы. Ванессе было очевидно, что он плакал.

В долю секунды они исчезли.

Ванесса прикусила губу и вцепилась в сиденье так, что побелели пальцы. Она думала о том, как же ей холодно, взрослой женщине, в лисьей шубе, в салоне машины. Элис всю ночь провела на сильном морозе, в красном платье и блестящих красных туфельках. Если она упала в канаву, то не выжила бы при такой температуре, но, если она заперта где-то в помещении, оставалась надежда на ее спасение. Может, Элис добралась до Дома викария, заглянула в сараи в поисках щенка и провалилась куда-то. «Пожалуйста, будь там, Элис, пожалуйста, будь там», – бормотала Ванесса себе под нос, пытаясь не сойти с ума.

Когда они свернули на узкую дорожку, покрытую снегом, инспектор Миллс снова нажал на тормоза.

– Здесь свежие следы шин, – произнес он. – Кто-то недавно проезжал тут. Они могли уже забрать Бобби Джеймса.

Инспектор Миллс вылез и побрел по бугристой земле к воротам впереди. Пока он открывал засов, пар от его дыхания клубился в морозном воздухе. Ванесса невольно представила, как ее дочь борется с воротами в снегу, отчаянно пытаясь найти щенка; как ее ручки трясутся от холода. Вероятно, она не стала тратить время на возню с засовом, перелезла сверху и пробежала остаток пути. Ванесса тряхнула головой, стараясь отогнать эти мысли. Детектив наконец справился с воротами и бросился обратно к автомобилю. Он включил передачу, и машина, пробуксовывая облепленными снегом колесами, снова тронулась с места.

– Вон полицейские огни у дома. Наверное, сейчас выводят Бобби Джеймса, – произнес детектив, указывая вперед, где на фоне красного рассвета мерцали синие сполохи.

Глаза Ванессы слезились от усталости, пока автомобиль подпрыгивал на буераках, как лодка на волнах. Она лихорадочно вглядывалась в снег, в надежде увидеть следы своей дочери. Миллс сильнее надавил на акселератор, живая изгородь осталась позади, и за поворотом появился Дом викария.