Читаем Прошлое мстит полностью

– Господа присяжные, вы можете счесть, что действия обвиняемой при нанесении пореза, вызвавшего кровотечение, в конечном счете привели к смерти бедной миссис Хилтон. Но если таков ваш вывод, то этого недостаточно. – Адвокат стукнул кулаком по трибуне. – Чтобы осудить обвиняемую, вы также должны установить, что у нее имелись на то намерения. И я говорю вам, уважаемое жюри, что она не собиралась убивать. У Тессы Джеймс вовсе не было намерения причинить пациентке серьезный вред. Единственное преступление миссис Джеймс состоит в том, что она не следовала протоколу. Она не руководствовалась законом об акушерстве от 1902 года, который был принят именно для этой цели – регулировать деятельность повитух, требуя, чтобы они присутствовали только при нормальных родах. Закон предусматривает, что они обязаны передавать заботу о роженице врачу в подобных сложных случаях, и запрещает им использовать такие инструменты, как щипцы и скальпель. Тесса Джеймс не хотела убивать Эвелин Хилтон. Но она гордая женщина, повитуха, практикующая более тридцати лет, и обратиться за помощью к врачу означало для нее пойти против всего, за что она выступала. Именно гордость, а не злонамеренность помешала ей передать заботу о миссис Хилтон доктору Дженкинсу, пока не стало слишком поздно. Времена изменились, беременные женщины хотят, чтобы около их постели находился квалифицированный врач, а повитухи, такие как Тесса Джеймс, выступают против множества медиков-мужчин, которые практикуют акушерство. Она возмущалась подобным вторжением на ее территорию, но делает ли это ее убийцей?

Адвокат снова стукнул кулаком, и Белла вздрогнула.

– Я спрашиваю вас, дамы и господа, сидящие в жюри, доказывает ли это ее злонамеренность? Тесса Джеймс служила общине Кингстона всю свою профессиональную жизнь, многие женщины, сидящие здесь сегодня, свидетельствуют об этом. Ее деятельность была посвящена спасению жизни, а не прерыванию ее. Я утверждаю, что Тесса Джеймс просто совершила ошибку. Она думала, что со своим тридцатилетним опытом спасения жизней матерей и младенцев при родах сможет справиться с этим случаем, но, увы, не сумела. И Эвелин Хилтон дорого заплатила за эту ошибку.

Итак, дамы и господа присяжные, вам предстоит решить, заслуживает ли Тесса Джеймс пожизненного тюремного срока за эту ошибку. Почти нет сомнений в том, что именно действия обвиняемой при нанесении пореза вызвали кровотечение, и оно в итоге привело к смерти бедной миссис Хилтон. Но если это ваш вывод, то его недостаточно. Чтобы осудить обвиняемую, вы также должны установить, что у Тессы Джеймс были необходимые намерения. Нет, уважаемое жюри, у нее не было намерения убивать или даже причинять серьезный вред. Община Кингстона в большом долгу перед Тессой Джеймс, и сегодня мы должны сосредоточиться на сотнях жизней, которые она спасла, а не на той, какую она не сумела спасти. Нет сомнений в том, что деятельность повитух, подобных Тессе Джеймс, нуждается в строгом регулировании, но они не заслуживают тюремного заключения. Поэтому я предлагаю вам найти в себе силы вынести оправдательный вердикт.

Белла сгорала от желания вскочить и выступить в защиту матери. Если она ничего не скажет и Тессе дадут пожизненный срок, она никогда себе этого не простит.

– Сэр, извините меня, пожалуйста! – Белла встала, и весь зал повернулся, чтобы взглянуть на нее. – Разрешите мне произнести несколько слов в защиту своей матери.

Послышался общий вздох.

– Вы не имеете права! – воскликнул судья.

Белла не обратила на него внимания и умоляюще посмотрела на присяжных глазами, полными слез.

– Моя мать приняла тысячу младенцев и ни разу не пользовалась скальпелем. Она никогда бы так не поступила. Доктор Дженкинс считал ее угрозой для себя, ведь местные женщины любили ее и она мешала его бизнесу. Я собственными ушами слышала, как он говорил, что полон решимости уничтожить ее. Моя мать никогда бы не причинила вреда Эвелин Хилтон. Они были подругами; она приняла двух других ее детей и очень о ней заботилась.

– Сядьте, леди, немедленно! Или я обвиню вас в неуважении к суду! – Судья с такой силой стукнул молотком по столу, что Белла вздрогнула и неохотно вернулась на свое место. Мать повернулась, чтобы посмотреть на нее, и их голубые глаза на мгновение встретились, прежде чем Тесса заплакала и опустила голову, чтобы Белла не видела ее слез.

Когда судья начал подводить итоги, Белла не смогла больше слушать ложь. Она взяла Альфи за руку, встала и на дрожащих ногах направилась к двери. Адвокат уставился на нее, его лицо побагровело от гнева.