Когда Джош заявил об исчезновении Мередит и Дилайлы, ему сказали, что патрульные выехали, и он сразу засобирался домой, чтобы успеть уложить Лео спать. Уже на выходе, уставший и весь перемазанный шоколадом, Лео спросил:

— А мама скоро придет?

Я накидываю на плечи одеяло и босиком выхожу на крытую веранду. Не хочу, чтобы меня заметили, поэтому решаю не включать свет, пусть от этого и неспокойно. Попробуй-ка не испугаться после всего, что вокруг происходит. Как знать, маньяк ли это выслеживает женщин в нашем районе, или же случаи с Шелби и Мередит никак не связаны между собой. Стоя на сыром крыльце, я вжимаюсь в угол веранды, чтобы никто не смог подкрасться ко мне со спины. Дождь потерял свою силу и теперь просто моросит. Я стою в темноте и пытаюсь разглядеть улицу сквозь загораживающие обзор деревья. К дому Джоша подходят двое полицейских, и, чтобы не разбудить Лео, он открывает дверь еще до того, как они постучат.

Слышу два голоса, мужской и женский, — это представляются полицейские. Джош здоровается и называет свое имя. Приглашает их в дом. Те входят, и Джош закрывает дверь. Шторы в доме не задернуты, так что я все вижу, но уже не слышу. Вскоре от ночного воздуха мне становится холодно. Я решаю постоять еще пять минут и, когда проходит пятнадцать, все-таки захожу в дом и наблюдаю через окно до тех пор, пока через сорок минут полицейские наконец не уходят.

Я все жду и жду, когда Джош позвонит или напишет. Думаю даже позвонить сама, но не хочу навязываться. Села бы заполнять журналы, да волнение никак не дает сосредоточиться. Мысли только о Мередит и Дилайле. Уже одиннадцать, на дворе ночь, а они до сих пор не вернулись. Столько времени о них ни слуху ни духу… Теперь в то, что ничего страшного не случилось, верится с трудом. Мне представляется, как машину Мередит уносит рекой, как Мередит и Дилайла повторяют судьбу Шелби. От этой мысли у меня подступает ком к горлу. «Нет-нет, неправда, — говорю я себе — то, что произошло с Шелби, не имеет ничего общего с Мередит и Дилайлой».

О случившемся мы с Беа узнали десять дней назад. Мы не были знакомы с Шелби, однако, когда она исчезла, новость запестрела по всем сетям, а позже в тот же день об этом заговорили в газетах и по телевизору: «В городе пропала женщина».

Мы наблюдали за тем, как полицейские прочесывали на патрульных автомобилях соседние кварталы, как допрашивали жителей, как в дом Тибоу заводили служебных собак, чтобы те взяли след Шелби. До того, как ту показали в новостях, я никогда о ней не слышала, никогда ее не видела. Пригород Чикаго, в котором мы живем, немаленький — больше ста тысяч человек, и знать в лицо всех просто невозможно.

По словам мужа Шелби, в тот вечер она вышла на пробежку. Исходя из того, что прочитали мы с Беа, было это после десяти. К этому времени уже темнеет, и мы тогда подумали об одном и том же: как-то поздновато для того, чтобы идти на пробежку одной. Правда, муж объяснил, что у них совсем недавно родился ребенок и Шелби целыми днями сидела с ним дома, пока сам он почти безвылазно работал. В тот вечер Джейсон, как обычно, пришел с работы поздно, они с Шелби поужинали, а потом она подождала, когда ребенок проголодается, чтобы перед самым выходом его покормить. Она уже не раз отправлялась бегать в такой час, потому что чаще всего только тогда и могла выкроить для себя хоть немного времени.

Домой Шелби, как известно, не вернулась.

Джейсон Тибоу, муж Шелби, сразу стал первым подозреваемым. Первым и единственным, насколько мы знаем. Он и сейчас под следствием. По милости журналистов и не без участия полиции вся подноготная личной жизни Шелби и Джейсона мигом оказалась выставлена на всеобщее обозрение. Приятели Джейсона заявляли, что Шелби — королева драмы и лгунья. Социальные сети все больше обрастали сплетнями. Отдел полиции опубликовал подробности исчезновения Шелби, и комментарии под этим постом были весьма жестокие. «Да у этой девки вата вместо мозгов!» — писал кто-то.

Защитники Шелби тоже молча не сидели — обвиняли друзей Джейсона в клевете. Шелби совсем не такая, уверяли они. Она добрая, заботливая, всегда думает о других, а вот Джейсон изменял ей с первого же дня, как родился ребенок, если не дольше.

Да уж, судя по всему, отцовство Джейсону было не по вкусу — собственно, как и моногамия. Зная все это, и вправду легко было предположить, что как раз Джейсон что-то с Шелби и сделал.

Теперь пропали еще и Мередит с Дилайлой, и во мне пустил корни страх. Что, если дело тут не в домашнем насилии? Что, если в городе завелся похититель?

Мередит

Одиннадцать лет назад Март