Читайте «Прометей»! Редакция издания будет признательна всем, кто готов сотрудничать и поддерживать альманах в нашей общей борьбе за объективную историю любыми доступными вам способами: подписывайтесь на него, присылайте свои материалы, обсуждайте его и распространяйте среди товарищей и друзей. Наш альманах сможет сделать важные открытия в области общественных наук только при условии, если мы будем взаимодействовать в режиме диалога и взаимопомощи, если будем вместе. Если мы будем действительно товарищами.

Вместе – победим!

Актуальные биографии

Жизнь и судьба позабытого историка

Талеров Павел Иванович,

кандидат исторических наук, доцент, действительный член

Петровской академии наук и искусств (Санкт-Петербург)

Аннотация. О жизни и творчестве советского историка, чьи студенческие годы пришлись на рост революционной активности в России. В эмиграции примыкал к анархистам, был сподвижником П. А. Кропоткина. В Петербурге посещал заседания Религиозно-философского общества. После 1917 г. занимался журналистской деятельностью, работал в Пролеткульте. С 1920-х гг. собирал материалы об участии русских революционеров в I-м Интернационале и Парижской коммуне.

Ключевые слова: биография, русская история, анархизм, И. С. Книжник-Ветров, П. А. Кропоткин, Д. Богров, Религиозно-философское общество.

Сегодня мало кому известно это имя – Иван Сергеевич Книжник-Ветров (1878–1965), но и при жизни о нём знали немногие. Тем не менее он был писателем и оставил значительное научное литературное наследие[1]. Один только его фонд № 352 в Доме Плеханова Отдела рукописей Российской национальной библиотеки насчитывает более 1740 единиц хранения. А есть ещё документы в фонде № 668 Отдела рукописей Пушкинского дома (ИРЛИ). К сожалению, многое, что было написано Иваном Сергеевичем, так и осталось неизданным, хотя автором предпринимались активные усилия публиковаться. Такому положению было несколько причин, главная из которых – суровая сталинская цензура и жёсткая советско-партийная идеология, не допускавшая каких-либо отклонений от генеральной линии. Даже в эпоху «хрущёвской оттепели» консервативные партийные кадры ставили заслон пробивающимся «чужакам». Нельзя, по-видимому, сбрасывать со счетов и негласно существовавший антисемитизм, и непролетарское мелкобуржуазное происхождение…

Фото 1. Советский историки и революционер И. С. Книжник-Ветров. Фотография 1926 г.

Чем же может быть интересен нашему современнику Книжник-Ветров? Свои последние годы жизни Иван Сергеевич посвятил написанию мемуаров, небесталанно по крупицам описав свой непростой жизненный путь, совпавший с самыми трагическими страницами истории нашей страны XX века. Эти воспоминания, озаглавленные автором «Записки восьмидесятилетнего» так и не увидели свет. Не смог Иван Сергеевич и защитить докторскую диссертацию, в которой исследовал историю участия русских революционеров в западноевропейском революционном движении: в I-м Интернационале и Парижской коммуне, хотя защита кандидатской, подготовленной на архивных материалах о жизни Елизаветы Дмитриевой, прошла вполне успешно в 1945 г. в Ленинградском педагогическом институте им. А. И. Герцена.

Прожил Иван Сергеевич долгую и удивительную жизнь. В интернетовской Википедии можно прочитать далёкие от полноты и достоверности общие сведения о биографии Книжника-Ветрова, по-видимому большей частью взятые из статьи В. В. Кривенького в известной энциклопедии «Политические партии России конца XIX – начала XX вв.». Проблемы начинаются уже с имени нашего героя. Настоящие его имя и отчество – Израиль Самуилович[2] (отца звали – Книжник Самуил Александрович, мать – Хазан Ита Шабсовна). Родился 7 (20) июня 1878 г. в бедной многодетной еврейской семье кустаря-переплётчика[3] (никак не «бедного» раввина) в г. Ананьеве Херсонской губ. (после революции город стал относиться к Одесской обл.). Иваном Сергеевичем Израиль Самуилович стал после крещения в Петрограде в 1915 г. и женитьбе на православной Аристовой Марии Никитичне (1890 г. р., родом из г. Короче Курской губ.). После этого Иван Сергеевич в своих анкетах стал указывать себя русским, хотя в конце 1940-х однажды в 5-й графе «национальность» написал «еврей».