Они рвут плакаты на которых написано: «Гитлер не умер. Гитлер просится в президенты США».

Они расшвыривают ребят, которые скандируют: «Чикаго! Чикаго! Чикаго!»

Копы за Уоллеса, потому что если придет Уоллес, то полицейским повысят зарплату и разрешат стрелять в городе. Все будет спокойно и хорошо, если придет Уоллес. Все будут слушать полицию. И уж полиция непременно покажет «всем этим»…

Мой приятель, корреспондент одной из местных радиостанций, уходя с обеда в честь Уоллеса, стащил со стола чайную ложку с надписью «Отель „Американа“» и сунул в карман.

— Зачем? — спросил я.

— Когда Уоллес станет фюрером Америки, этот сувенир будет цениться на вес золота… — ответил он с улыбкой.

В «Мэдисон-сквер гардене» шутка не показалась мне смешной.

Осталось 12 торговых дней

Железнодорожная станция небольшого городка полна народу. Три, может быть, четыре тысячи человек. Стоят толпой на перроне около путей. Ждут поезда.

Станционный колокол возвещает о его прибытии. Два тепловоза и 15 вагонов. На каждом большими буквами три слова: «Специальный победный — Никсона!» Кандидат республиканской партии в президенты США появляется в открытом заднем тамбуре последнего вагона, точно таком полукруглом тамбуре, который помнится мне по первым кадрам кинофильма «Цирк». Никсон берет в руки микрофон. Два репродуктора на крыше вагона доносят его голос до 6 или 8 тысяч ушей толпы.

— Я умею играть на рояле, — говорит Никсон. — Впервые за двадцать лет в Белый дом придёт человек, играющий на фортепьяно…

На перроне смеются. Кое-кто даже аплодирует. И в тамбуре тоже посмеиваются.

Никсон совершает однодневное предвыборное турне по штату Огайо на старомодном поезде.

15 вагонов. Кандидат с семьей. Проводники. 210 журналистов, сто никсоновских штабистов, 24 предвыборные девицы, которых называют «никсонерочками». Их задача — демонстрировать себя публике во время митингов. А в дороге — подавать кофе. Не привыкшие к поездной качке никсонерочки то и дело разливают кофе на костюмы пассажиров.

9 остановок, 9 митингов, 9 речей. Каждая — вариант одной и той же. Несколько шуток — в начале, «колор локаль» — в первой трети, две-три уничижительные реплики в адрес конкурента — в середине. Затем коротко по существу — что я сделаю, когда стану президентом, и в конце — ещё две-три шутки (на местные темы).

Ах, новые формы, новые формы — где вы?

Поезд, старый добрый поезд, напоминающий о добрых временах, когда, все в Америке было просто и ясно. Поезд — это хорошо. Но ведь было, было, было. Был поезд. Точно такое путешествие Никсон совершил в 1960 году, когда проводил кампанию, имея соперником Джона Кеннеди. И даже речи, как свидетельствуют журналисты-ветераны, повторяются через 8 лет…

То ли по этой причине, то ли по каким-то другим, но только люди на железнодорожных станциях маленьких городков слушают кандидата довольно безучастно. Собирается их, правда, всегда приличное число. От четырех до восьми тысяч. И шуткам смеются все охотно. Но все остальное воспринимают без энтузиазма, даже равнодушно.

Это отмечают все 210 журналистов, штабисты Никсона, сам Никсон и даже 24 никсонерочки.

Почему? Что происходит? А как дела у Хэмфри?

У Хэмфри, оказывается, то же самое. Толпа на митингах есть, а энтузиазма нет. Особенно в маленьких городах. Впрочем, в больших — тоже.

Демократический кандидат на этот счёт выразился весьма мрачно: «У нас сейчас гораздо больше средств связи, чем раньше; и каждый из нас говорит значительно больше, чем раньше, но мне кажется, что никогда не было так трудно разговаривать с людьми или заставить их слушать. Может быть, это оттого, что слишком много говорено, и люди просто решили отключиться от нас…»

Это справедливо в отношении обоих кандидатов основных партий. Многие американские специалисты предвыборной борьбы считают, что после съездов обеих партий рядовой американский избиратель потерял интерес к позициям обоих кандидатов основных партий, потерял интерес к «вопросам». Но не из-за того, что больные вопросы сегодняшней Америки — расовая проблема, война во Вьетнаме, преступность — перестали волновать избирателя.

* * *

Время от времени журнал «Юнайтед стейтс ньюс энд Уорлд рипорт» печатает справки «Кто за что стоит» — о позициях кандидатов по основным вопросам. Эти справки напоминают валютный курс при весьма неустойчивой экономической конъюнктуре. «Валюта», которую стараются продать два основных кандидата, весьма изменчива. В начале кампании позиция Хэмфри по вопросам «порядка и закона» несколько напоминала позицию конного, полицейского, но затем демократический кандидат спешился и принялся убеждать избирателей, что только ОН может создать в Америке расовую гармонию.

На войну во Вьетнаме взгляды Хэмфри не были одинаковыми даже в течение одной недели предвыборной борьбы. Весьма непостоянен, мягко говоря, был в отношении войны во Вьетнаме и Никсон.