Читаем Проклятый трон полностью

– Остановите здесь, пожалуйста, – попросил Ральф, зацепившись глазами за яркую вывеску.

Сладкое – стимулирует мозг. У него куча наличности. Больше незачем экономить каждый солид, потому что некому их отправлять…

– Я на пару минут, – пояснил Бонк водителю и вышел из автомобиля.

Чашка кофе и целый поднос самых разных пирожных. Ральф съел одно и понял, что снова себе польстил: не съест он столько. Брал-то по привычке, на двоих. Только Фостера рядом нет. Он один.

Один. Мимо витрины, уткнувшись в газету, прошел хорошо одетый господин, и Ральф до хруста сжал челюсти. Чертовы газетчики! В люстре над головой ярко вспыхнул свет, Бонк медленно выдохнул. Думать. Автор статьи лишь исполнитель, но заехать в редакцию всё-таки стоит. Может быть, заказчика Бонк и не узнает, но злость выпустит.

Кто? Кому это выгодно? Правда ли на этих фото?

Но если нет, почему Ани ушла?

Холд и Алиана? Он принуждал её? С детства? Бонка затошнило от дикой злости, отвращения и бессилия что-либо изменить и исправить. Запястье обвила молния. Исправить сил нет, но отомстить за сестру сил ему хватит.

Лиз…Николас…

Слишком плотно он врос в детей маршала, чтобы стать палачом. Но уничтожить человека можно и не забирая его жизнь.

Свет мигнул во всем квартале. Спокойно! Попробуй, принуди к чему-нибудь кого-то из Бонков. Тем более Алиану. Да и Фостер не дал бы её в обиду…вот именно!

Алиана и Холд… и седой Николас.

Откуда взялись эти фотографии? Жаль, но не из воздуха.

Демон? Его игры? Сияющий алым пламенем Бонков старший и нелюбимый сын Александра, но любимый крестник покойного Ральфа Бонка… силу Александра унаследовал Юрий, но откуда она появилась у Холда? Он ведь родился до того, как дед был убит! От напряжения у Ральфа заболели виски.

Разорванный на части демон, и сила, которая стремится вернуться к хозяевам. Он хочет собрать себя? И ему … нужен сосуд?

А если дети сопротивляются чужой воле? Странная болезнь матери и такие же приступы боли у сестры. Мать отказала Александру, Алиана … и снова не сходится! Ей было плохо на рождество, а фотографии сделаны до.

А что на счет него и Лиз?

В кафе влетела стайка хорошеньких девушек, и Бонк тут же стал объектом их внимания, вынуждая отвлечься от замаячившей на горизонте догадки. Они громко шептались, стоя у прилавка, и стреляли глазками в сторону симпатичного и одинокого молодого мужчины.

Студентки, – понял Ральф. Девушки обсуждали экзамен, сдачу которого они и пришли отметить чем-нибудь сладким.

Глоток горького кофе. Взгляд в окно на черный автомобиль. Время к обеду, и водитель не ел.

О причинах чуть позже. С чьей подачи на всю империю ославили Алиану?

Военные, которые теперь охраняют дворец и его величество Юрий, вынужденный принять навязанную помощь. Утренний выпуск новостей с обличающей маршала статьёй, и почти сразу нападение с Юга.

Всё это слишком очевидно походило на ход со стороны нового императора, если бы не торчащие отовсюду уши соседей. Мог ли у Саксонцев быть информатор в самых высоких имперских кругах?

Покойный министр экономики и финансов, господин Дарем, кстати говоря, саксонец, хоть и не в первом поколении. Только вряд ли Александр подпустил бы так близко к власти непроверенного человека. Разве что, Дарем повернулся к югу, когда император уже отошел от дел. Но Холд и Юрий-то ведь никуда не делись.

Ральф поставил пустую чашку на блюдце. Найти журналиста, подкараулить у редакции и поговорить. Вежливо, разумеется. И никаких кулаков, не пещерный же Бонк человек? Нет, конечно. У него есть аргумент интереснее. Работа у журналистов такая – ковыряться в чужом грязном белье. Ральф всё понимает.

Только это не означает, что он собирается спустить публичную порку сестры.

А пока во дворец. Достать тот газетный выпуск, выяснить адрес редакции, составить список всего того, что Ральф бы хотел получить для Эдинбурга в обмен на засвидетельствованный им договор.

И думать, Бонк, думать.

– И какое самое вкусное? – отвлек его веселый смех.

Бонк обернулся и встретился глазами с одной из девушек. Самой красивой и самой смелой из всех.

– Никогда не видела таких синих глаз, – восхищенно сказала ему она и заправила за ухо прядь волос.

Темные и длинные, как у его Элизабет. Вот и ответ на счет него и Лиз. Демон, не демон, плевать. Отказаться от неё? Не в этой жизни. И ни в какой другой.

– Вкусные все, – улыбнулся студентке Ральф и спрыгнул с высокого стула. Сделал шаг в сторону выхода, обернулся и перед тем как выйти в дверь, коротко поклонившись девушке, добавил: – Благодарю за комплимент.

Во дворце Ральф первым делом перечитал отвратную статейку. Новостное издание первой величины. Бомба. Ничего не скажешь. Тошнотворно увлекательно. Журналист талант, мать его. Запомнил адрес, запомнил имя. Оно кстати, могло быть и просто псевдонимом, но ничего, разберется.

Жаль, что сразу этого сделать не получится.