Читаем Проклятый кордон (СИ) полностью

Рэйвен хмуро смотрел на неподвижный комок умирающей энергии. Порождение истлевало само по себе. Если его не уничтожить с помощью магии, то такая «смерть» будет длиться несколько часов. Энда стояла неподалеку и выглядела расстроенной.

— Осматривала территорию и вот, — указала она на объект их внимания.

— Какой по силе?

— Понятия не имею. Что ты так на меня смотришь? Я его и пальцем не тронула, нашла таким. Вот там, в стороне, еще один валяется, Ирим его с интересом рассматривает. Они были настолько слабы, что растеряли все свои силы по пути, — продолжила ведьма. — Но что-то же их заставило пройти через барьер.

Да. Вряд ли они решились сами. Но разве порождения можно заставить? Они не обладают ни сознанием, ни волей, даже инстинкты их весьма своеобразны. Они могли распознавать опасность, но с трудом понимали, что от нее нужно бежать. Стражи были для них угрозой, и порождения при прямом столкновении относились к ним соответствующе, тем не менее, никогда скрыться от своих врагов они не пытались. Наоборот, с отчаянным рвением проверяли собственные силы, кидаясь в атаку.

А здесь еще одно обстоятельство. Барьер отнимает у тварей слишком много сил, чтобы преодолеть его, они в прямом смысле пробивали себе путь к свободе. Поэтому лишь те порождения, которые уже в полной мере сформировались, могут вырваться оттуда. Все равно это заставляло некоторых слабеть настолько, что стражи уничтожали их одним взмахом руки. А нечто, погибающее у их ног сейчас, выглядело… калечным, слабым. Барьер должен был его испепелить.

— Черт знает что, — Алар провел рукой над сгустком силы, тот рассыпался и исчез.

— Кроме этих двух, никого? — спросил Рэйвен.

Энда покачала головой. Ирим к ним присоединился, сказав, что второе порождение ничем не отличается от этого. Тоже слабое и тоже погибло по пути сюда. В отличие от стражей, им пространство никак не помогало, и путь их был долог. Их хватило примерно наполовину.

— Они должны были сгореть, — Алар выглядел мрачным, — барьер должен был их сжечь, пока они пытались прорваться, а им еще удалось отползти от него.

— Есть идеи? — спросила Рамина.

Она злилась, как и всякий раз, когда не могла найти чему-то объяснение.

— Нужно проверить барьер, — тихо произнес Рэйвен.

— Что?..

Это были плохие слова. Почти безумные. Барьер несокрушим. История не знала иных примеров. Рэйвен поднял голову и посмотрел в небо над головой. Он знал, что если долго вглядываться, то можно заметить всполох или быстро гаснущую искру. Темная магия набирала силу. Неужели стремится к прорыву? Может ли быть, что у нее хватит сил? Могут ли они стать первым исключением?

— Что ты хочешь найти? — напряженно спросил Ирим.

— Трещину.

Если это все же возможно, если в барьере есть дефект, это объяснит явление бурь, у которых было слишком много сил. Но какого черта было ждать пять лет? Темная магия была гораздо сильнее тогда, в начале, когда ее только заперли. Сейчас она уже отжила половину своего срока. Что изменилось?

— Рэйвен, если ты сошел с ума, уступи мне место, а сам отправляйся отдыхать, — вызверилась на него Рамина.

Он одарил ее взглядом, полным снисхождения.

— Как только хоть один из вас представит мне другое объяснение, я откажусь от своих слов, — припечатал лидер стражей.

— У тебя нет доказательств!

— Поэтому ты и Ирим первыми отправляетесь проверять барьер, через шесть часов мы вас сменим, — коротко распорядился Рэйвен.

Ирим кивнул и утащил Рамину за собой. Как бы ей не хотелось спорить и доказывать всю абсурдность подобных предположений, это ни к чему не приведет. Ссоры им сейчас не нужны. Рэйвен не сходил с ума и вовсе не терял голову от страха, он что-то чувствовал. А его ощущениям можно доверять.

Остальные вернулись в дом. Лидер стражей тут же поднялся в свой кабинет.

Кристалл связи быстро соединил его с тем, кто мог ответить на часть его вопросов. Он не имел никакого отношения к той канцелярии, с которой разговаривал совсем недавно. Но крайний случай наступил, и лидер стражей решил нарушить покой старого знакомого.

— Хочешь сказать, что я плохо выполнил свою работу? — послышался надменный голос придворного мага, после того, как он смиренно выслушал рассказ стража.

Рэйвен жалел, что связь давала возможность только слышать друг друга, но не видеть. Хотел бы он в этот момент рассмотреть своего собеседника. Эглар был личностью незаурядной. Ему еще и сорока не было, а он уже успел пробиться в первые к престолу ряды. Знатного происхождения не имел, зато сил и амбиций у него было в избытке. Он применил все свои таланты по назначению и теперь вполне мог рассчитывать на личную аудиенцию с правителем королевства, если пожелает того. Этим правом он пользовался нечасто, потому как их король был тоже далеко не простым человеком. Он позволял придворным магам и советникам высказывать свое мнение, но решения всегда и во всем принимал сам. Манипулировать им было невозможно, обманывать бесполезно. И все же имелся очень узкий круг людей, способных в той или иной степени оказать влияние на правителя. Эглар входил в их число.