– Амандина! Нушка! – услышали мы. – Где вас носит, проклятые бездельницы! А ну-ка, вернитесь немедленно, не то превращу вас в лягушек! Дважды повторять не стану! Я уже целый час вас дожидаюсь!

Голос был такой визгливый и злобный, что даже Джакома опасливо поморщилась.

На секунду растерявшись, в следующий миг я сообразила, что это пришел нам на помощь чемоданчик! Я оставила его в седельной сумке, чтобы оставить свободными руки, ведь мы собирались воровать жемчуг. К счастью, таинственный инстинкт чемоданчика подсказал ему, что нам угрожает опасность.

Я тут же воспользовалась неожиданной помощью и вскочила на ноги.

– Это наша хозяйка… – забормотала я испуганно. – Нас слишком долго не было, и она разозлилась… Простите нас, нам нужно бежать, иначе она нас сурово накажет.

– Что ж, ступай… ступай, малышка, – вздохнула Джакома. – Похоже, твоя хозяйка обращается с тобой неласково. Я знаю, каково это – быть ученицей ведьмы. В твои годы сама ходила в ученицах. Не усугубляй наказания, иди скорее.

Я не заставила себя долго упрашивать: схватила перепуганную Амандину за руку, и мы помчались в сторону лесной опушки, где перед этим привязали лошадей.

Чемоданчик продолжал вопить, извергая угрозы и проклятия и мастерски подражая голосу сварливой старухи. Создавалось полное впечатление, что в густых зарослях и вправду скрывается разъяренная гарпия.

– Порядок! – шепнула я ему, вставив ноги в стремена. – Хватит уже. И спасибо, ты вытащил нас из жуткой переделки!

Мы пришпорили лошадей и рванули прочь, не оглядываясь. Меня пугало только одно – как бы ведьмам не пришла в голову дурацкая идея познакомиться с нашей «хозяйкой»!

К счастью, этого не случилось – они были слишком увлечены бутербродами с остатками варенья.

Глава 8

Песнь разбитых сердец

– Теперь, когда мы добыли жемчуг, – сообщила Амандина, – нам пора направиться к морю.

Я передала косточки волшебных вишен ей, и она уложила их в кожаный мешочек, затягивающийся шнурком.

Мы двигались вперед, то и дело сверяясь с картой, которую составил для нас Безелиус, старейшина мудрецов.

– Думаю, мы достигнем побережья завтра утром, – прикинула принцесса, складывая карту.

С наступлением ночи мы разбили лагерь и задремали, завернувшись в одеяла. Было около двух часов ночи, когда чемоданчик вдруг издал тревожный крик, от которого я мгновенно проснулась.

– Летучая мышь! – кричал чемоданчик. – Она только что укусила принцессу и улетела прочь. Думаю, она выпила у нее не меньше полулитра крови.

Я бросилась к Амандине, но та крепко спала. След укуса на ее шее уже почти пропал.

– Она опять ничего не почувствовала, – пробормотала я. – Это просто невероятно…

– Не так уж невероятно, – возразил чемоданчик. – Полагаю, этот вампир впрыскивает своим жертвам особый яд, от которого они погружаются в глубокий сон и не чувствуют боли. А поскольку никаких следов он не оставляет, догадаться о его существовании непросто.

Укутавшись в одеяло, я решила просидеть остаток ночи на карауле возле костра, держа под рукой нож.

Летучая мышь больше не показывала своего мерзкого носа. Утром Амандина выглядела усталой и чувствовала себя неважно. Она хмуро, без всякого удовольствия сжевала свой завтрак, и было видно, что ей с трудом удается держать глаза открытыми.

«Она слабеет, – подумала я. – Сколько еще времени она сможет противостоять этим ночным кровопусканиям?»

Я не стала рассказывать ей о ночном происшествии, понимая, что при отсутствии каких бы то ни было доказательств она мне опять не поверит. Наверняка резко осадит меня, как и в прошлый раз, и обвинит в том, что я путаю собственные ночные грезы и реальность.

Мы снова пустились в путь. Примерно через час дорога, по которой мы ехали, густо заполнилась людьми – сплошь молодыми, с покрасневшими от слез лицами. Они двигались стройной процессией, и их наполненные отчаянием глаза, казалось, ничего не замечали вокруг.

Здесь были и девушки, и парни, все в возрасте примерно от четырнадцати до двадцати лет. Спотыкаясь, как сомнамбулы, они понуро плелись вперед, время от времени всхлипывая и прижимая к глазам промокшие от слез платки.

– Что с вами случилось? – спросила я у совсем молоденькой девушки с опухшим от рыданий лицом. – Куда вы все идете?

– Это паломничество разбитых сердец, – отозвалась она, утирая слезы. – Его совершают все, кто страдает от неразделенной любви. В этом их единственная надежда, если они хотят избавиться от страданий.

Тут она заплакала с новой силой, уткнувшись носом в сырой платок и всхлипывая так жалобно, что при взгляде на нее разрывалось сердце.

– Хочешь сказать, что все эти люди были отвергнуты своими возлюбленными? – продолжала расспрашивать я.

– Именно так, – простонала незнакомка. – Мы так мучаемся, что у нас остается только два выхода: самоубийство или забвение… а поскольку мне кажется глупым кончать с собой из-за парня, я решила забыть его и стать такой же беспечной, как раньше.

– А такое возможно?