Читаем Проклятая усадьба полностью

– Когда я три дня назад прибыл в «Комарики», – начал Гуров свой рассказ, – картина убийства Аркадия Кононова казалась совершенно ясной. В кармане убитого была найдена записка угрожающего характера, в пруду криминалисты отыскали пистолет, ставший орудием убийства, а на месте преступления были найдены следы убийцы. И все эти улики указывали на одного человека – Игоря Вдовина. Поэтому следователь без колебаний запросил, а судья принял решение об аресте Вдовина на срок два месяца.

Что меня смутило, когда я услышал эту историю, – как раз несомненность, точность улик. В моей практике еще не бывало такого, чтобы все улики, словно стрелка компаса, указывали на одного человека. Всегда встречаются какие-то противоречия, разночтения. А тут – Вдовин-убийца, и никаких сомнений. Я решил, что здесь что-то не так. И вскоре выяснилось, что здесь не так. Нашлись свидетели, двое свидетелей, которые видели момент убийства и видели убийцу. Эти свидетели находятся здесь, вот они.

И сыщик указал на Андрея и Лену.

– Находясь за кустами, они видели, как Кононов расхаживал по «зеленому гроту». Видели, как к нему подошла женщина, чье лицо было закрыто капюшоном толстовки. Они услышали выстрел и увидели, как женщина вышла из грота и направилась к пруду. Эти показания в корне меняли всю картину преступления. Получалось, что Кононова убил вовсе не Вдовин, а какая-то женщина. Если бы Андрей и Лена тогда же, в ночь убийства, дали свои показания следственной группе, у следователя не было бы таких ясных оснований для ареста Вдовина и он, скорее всего, остался бы на свободе.

Однако Андрей не дал этих показаний и Лену уговорил молчать. И у него была для этого причина. Что, Андрей, мне сказать какая или ты сам скажешь?

– Говорите лучше вы, – глухо произнес младший Вдовин.

– Хорошо, пусть я скажу. Андрей не дал показания против неизвестной женщины, потому что был уверен, что это его мать.

– Я?! – воскликнула пораженная хозяйка усадьбы.

– Да, вы. Дело в том, что Андрей вечером краем уха слышал страстные излияния Аркадия в ваш адрес, и слышал и то, как он пытался назначить вам свидание. Видел возмущенный взгляд, который вы бросили на ухажера. Сопоставив все эти факты, Андрей решил, что его мать решила положить конец ухаживаниям самым решительным способом – уничтожив самого ухажера.

И не один Андрей так думал. Был еще один человек, который подозревал Ирину Васильевну в убийстве Кононова. Этот человек, вместе с товарищем по комнате, слышал выстрел. Однако решил, что стреляла женщина, которую он глубоко уважал. Решил, что эта женщина была вправе так себя вести. И промолчал про услышанный выстрел, и товарища уговорил молчать. Этот человек – Егор Кошкин.

– Ты так уважаешь маму?! – воскликнул пораженный Андрей, новыми глазами глядя на охранника.

– Да, уважаю, – смущенно ответил Кошкин. – А что тут такого?

– Да ничего особенного в этом нет, – ответил Гуров. – Особенное состоит в том, что на месте преступления видели женщину, но эта женщина была обута в мужские башмаки. Башмаки, принадлежащие Игорю Вдовину. Возникал вопрос: так кто же все-таки стрелял, мужчина или женщина? И зачем преступник, кто бы он ни был, экипировался таким странным образом?

Вначале я нашел ответ на второй вопрос. Преступник оделся женщиной, чтобы запутать следствие. Он это сделал на тот случай, если его кто-то увидит. Хотя дело происходило глубокой ночью, все же нельзя было исключить, что кто-то будет в это время находиться в парке. Здесь есть молодежь, она любит гулять и может оказаться в ненужном месте.

И преступник угадал – все так и произошло. Его видели, но приняли за другого человека.

Но кто же все-таки преступник? Мне с самого начала было ясно, что подсказкой здесь служит размер обуви. Мужские башмаки малого размера может обуть или женщина – почти любая женщина, живущая здесь; я проверил, и оказалось, что все дамы носят обувь от 37-го до 39-го размера, – или мужчина с маленькой ногой. А таких мужчин в усадьбе оказалось сразу четверо – редкий случай! Возможно, этот факт – что в «Комариках» собралось сразу четверо мужиков, у которых нога была как у дамы, – и навел преступника на мысль использовать подобный реквизит.

– Неужели четверо? – недоверчиво произнесла прекрасная Наташа. – Вот уж не знала! Нет, я знала, что Олег носит такие туфли…

– Да, знаменитый бард Олег Синицын был одним из этих четверых. Другим был сам владелец усадьбы Игорь Арсеньевич. Третьим – наш уважаемый управляющий Михаил Степанович. А еще маленькую обувь носил покойный Петр Леонидович Брянцев.

– Вот как?! – воскликнула экспансивная Наташа. – Никогда бы не подумала! Так, может, это он и убил?