Читаем Происшествие в Драконьем городе полностью

— Вы ведь не станете отрицать: в городе вам не рады, — начал Рант.

— Я родился в нем, — напомнил Вит. — Так с чего бы отворачиваться тем, кто знал меня с детства, видел, как я рос, провожал в Академию?

— Бьюсь об заклад, если бы старик Кита узнал о подробностях вашего дара, он не только не отпустил бы вас учиться, но и лишил наследства!

— Зачем гадать, как поступил бы отец? — в недоумении вскинул черные брови Вит. — Вы все равно не сможете представить его в худшем свете мне, а я не вижу смысла убеждать в чем-либо вас, ари.

— Вы ведь не доучились, — усмехнувшись, заметил Рант.

— Именно так. Скорбные вести заставили меня покинуть гостеприимные стены Академии и приехать.

— Двадцать один, — Рант покачал лысой головой. — Возраст обретения дара, становления на крыло. Да только дар у вас хиленький: в мире если и обитают где-то драконы, то скрываются безупречно и не показываются людям на глаза вот уж без малого тысячу лет. Вам предстоит стать книжным червем, Вит, а не исследователем и практиком. Что, страшно? — спросил он и сам же ответил: — Несомненно! Осознать в столь молодом возрасте свою ненужность и никчемность!

— Я не вижу ничего плохого в книгах, — заметил Вит. — Я их люблю и берегу по мере сил. В остальном же моя шпага не уступает остротой даже клинкам магов огня и металла.

— А они прирожденные воины, — продолжил Рант. — Намекаете, Вит?

— Ари Кита! — вновь поправил его тот. Рант лишь осклабился острыми и неестественно белыми зубами. Показалось, клыков в его рту гораздо больше положенных четырех.

— Не думали, что старик Кита умер, узнав о том, кем вы оказались?

— Нет, — ответил Вит слишком спокойно, чтобы не оказаться задетым подобным вопросом. — Вы ведь сами едва не поспорили, будто он в подобном случае лишил бы меня наследства, — напомнил он.

— Возможно, просто не успел? Я пытаюсь понять и не могу: каково же ему было узнать… — Рант покачал головой, — его сын не только может уничтожить Драконий город, но и не продолжит рода. Ведь заклинателю в пару нужен дракон, причем оборотень, умеющий по желанию становиться человекоподобным. Насколько помню легенды, обращаться эти ящеры начинают в никак не меньше, чем в тысячелетнем возрасте. Где вы такого отыщете сейчас?.. — Вит не ответил, и Рант продолжил: — Ха! Вот же поворот. У многих сердце не выдержало бы…

Вит улыбнулся одной стороной рта, чуть качнул головой, и бордовая волна скрыла его лицо — на мгновение, достаточное для обретения пошатнувшегося самообладания.

— Если вы искали собеседника, дабы обсудить неправдоподобные теории и попрактиковаться в фантазировании, то обратились не по адресу, — холодно проронил он. — Пожалуй, мне пора, ари Рант.

— Постойте, ари Кита, — наконец-то титуловав его верно, произнес Рант. — Вы ведь так и не выслушали моего предложения.

Уже начавший было приподниматься, Вит снова опустился на стул.

— Только быстро, — предупредил он. — У вас минута, после я встаю и ухожу.

— О… — протянул Рант. — Я справлюсь намного быстрее.

Вит кивнул, выказывая внимательное нетерпение.

— Я не последний человек вгороде, — произнося это, Рант едва ли не надулся от важности. — И вот решил: почему бы мне не спасти его и не оказать услугу вам? Вы ведь в ловушке, мой дорогой новообретенный ари.

Вит поморщился после такого обращения.

— Да неужели?

— Конечно! — заверил Рант. — Ведь даже если бы вы и хотели уехать, то не сумели. Ваш особняк стоит в Драконьем городе, плантации водорослей, колосятся за его стенами, все ваши средства и доход сосредоточены здесь, и вывезти их вы сами не в состоянии, но только…

— Что же только? — поинтересовался Вит.

— Я готов выкупить у вас все недвижимое и движимое имущество, располагающееся в Драконьем городе и водных пределах, — сказал Рант. — Соглашайтесь! Никто не будет столь же щедр.На цене сойдемся.

Когда Рант щурился, его глаза словно заполняла тьма; казалось, смотришь в глубокие колодцы, на дне которых каких только тварей не водится. У Вита же взгляд полыхнул сначала серебром остро отточенной стали, а затем и чистым индиго, присущим самым дорогим сапфирам. Он молча поднялся и вышел из-за стола. Пальцы побелели, излишне сильно сжав резную спинку стула, однако придвинул его под столешницу он аккуратно и бесшумно.

— Всего вам хорошего, ари Рант, — чопорно попрощался он и крутнулся на каблуках.

Пришлось собрать в кулак всю свою волю, лишь бы на лице не отразилось ни малейшей эмоции, а шаги не ускорились.

— Подумайте! — бросил Рант ему в спину. — Подержите паузу, потешьте гордость, а затем приходите — обговорим сумму.

«Мерзавец!» — билось в висках. Единственную слабость, какую позволил себе Вит, — стиснуть кулаки. Радуясь достаточной длине манжет, скрывающих кисти рук от любого заинтересованного взгляда, он наконец вышел из зала.