Зовем ребят, но они не откликаются. Вот черт, надеюсь, им не пришло в голову уединиться и заняться сексом, вряд ли Роман Андреевич это оценит.

Некоторое время мы блуждаем по лесу, ища их, пытаемся прозвониться, но телефон тут не ловит, как и в самой деревне. Вот же!

В итоге возвращаемся обратно на стоянку. Гордеевы сидят на покрывале, Андрей Матвеевич курит. Увидев нас, Роман Андреевич тут же хмурится, поднимаясь.

– А где Марина? – спрашивает.

Мы с Саввой переглядываемся. Кажется, сейчас даже он недоволен. Все-таки Глеб его брат, и отдуваться придется за него ему.

– Они с Глебом гуляют, – произношу, пряча взгляд.

– Где? – слышу, как напрягается голос мужчины. Мы с Саввой снова переглядываемся.

– Мы не знаем, – вздыхает он. – Мы шли вместе. Заболтались с Алей, ребята отстали, и мы их недозвались.

Вижу, как Гордеев сжимает зубы, смотрит тяжелым взглядом, после чего быстро идет в сторону леса. Мы с Саввой двигаем за ним, я быстро говорю другу:

– Останься с Андреем Матвеевичем, собирайте пока вещи.

Неуверенно кивнув, Савва отстаёт, я же наоборот прибавляю шаг.

– Роман Андреевич, – говорю, нагоняя мужчину, – только не устраивайте скандал. Не думаю, что они будут… ну…

– Называйте вещи своими именами, Завьялова.

Вот гад.

– Не думаю, что они убежали, чтобы заняться сексом, – выдаю на одном дыхании.

– Неужели? – он останавливается, насмешливо на меня глядя, я от неожиданности торможу не сразу.

– Они могли элементарно заблудиться, – выдаю ему, – уже темно, местность ребята не знают. Пожалуйста, не порите горячку, ладно?

Бросив еще один тяжелый взгляд, Гордеев идет дальше. С полчаса мы блуждаем по лесу, пытаясь дозваться ребят, но безрезультатно. Когда возвращаемся на поляну, вещи уже собраны. Молча, быстрым шагом идем в деревню. Я уже не знаю, что и думать, даже на самом деле начинаю волноваться, как бы не заблудились, но возле дома нас ждет сюрприз: машины ребят нет.

– Дык уехали минут двадцать назад. Паренек и девчонка, – говорит нам хозяин дома, когда Роман Андреевич его находит у соседей.

– Куда уехали? Не сказали? – выспрашивает подробности, а я начинаю злиться на Глеба за его беспечность.

– Нет, просто сели в машину и укатили.

Еще какое-то время мы ждем, а потом Гордеев вдруг вскакивает и идет к своей машине.

– Вы куда? – бросаюсь следом.

– Найду этого Ромео и оторву ему причинное место, – цедит Роман Андреевич.

– Не надо, – семеню я рядом. Он открывает дверцу, меряя меня взглядом.

– Будет знать, как лезть к молоденьким девчонкам.

Он садится, захлопывая дверцу. Покусав губу, быстро обхожу машину и устраиваюсь рядом. Гордеев бросает на меня хмурый взгляд, но потом усмехается.

– Все-таки будете друга грудью прикрывать, Завьялова? – спрашивает, заводя двигатель.

– Если надо, то буду, – бурчу в ответ, мужчина ничего не отвечает, и мы выезжаем со двора.

Глава 24

– Куда мы едем? – спрашиваю, когда машина покидает пределы деревни.

– Прокатимся по окрестностям, тут не так много съездов к воде, так что машину спрятать негде. Если не найдем, поедем по соседним деревенькам.

Отличная перспектива.

Едем мы молча, я держусь за ручку, потому что дорога неровная, нас то и дело потряхивает. На улице темнеет окончательно, становится мало что видно в принципе. Объезд окрестностей не приносит результатов.

– Может, вернёмся? – предлагаю мужчине. – Вдруг они уже приехали. Позвонить-то нам нельзя.

Гордеев молча едет вперед, освещая темную дорогу.

Объезд первой деревни не дает результата, я уже просто помалкиваю, удивляясь только, каким твердолобым может быть этот мужчина. По мне, так очевидно, что на ночь наша парочка точно не пропадает, а значит, если еще не вернулись, то появятся в скором времени. Но мысли эти держу при себе, очевидно, что Гордеев к ним не прислушается. Мы отъехали уже на приличное расстояние от нашей деревеньки, и делать тут Глебу с Мариной нечего. Но с маниакальным упорством едем вперед. Впереди темными треугольниками вырастают крыши домов новой деревни. Едем, подпрыгивая на ухабах, я сильнее цепляюсь за ручку, а потом мы резко останавливаемся.

– Что такое? – перевожу взгляд на Гордеева. Он давит на газ, слышу, как крутятся с жужжанием колеса, но мы продолжаем стоять на месте.

– Вот черт, – ругнувшись, мужчина вылезает из машины, осмотрев, садится обратно, не закрывая дверь. Устало вздыхает.

– Застряли, – говорит мне.

– И что делать?

– Не знаю. Попробуем выбраться.

Еще минут десять проходят в попытках выехать из ямы. Наконец Роман Андреевич сдается.

– Идемте, Завьялова, – говорит мне.

– Куда? – я выскакиваю из машины, аккуратно обойдя ее, встаю рядом с Романом Андреевичем.

– В деревню. Нужен трактор, по ходу.

Закрыв машину, он достает телефон и проверяет сеть.

– Не ловит, – качает головой, двигая в сторону домов. В нескольких горит мягкий желтый свет. Недолго думая, Гордеев подходит к ближайшему. Заглядывает за забор и, постучав по почтовому ящику, зовет:

– Эй, хозяева.

Не знаю, почему, но слышать это странно. Гордеев, стильный москвич, сейчас напоминает мне обычного деревенского жителя.