Читаем Профессорятник полностью

В 1943 г. на стекольном заводе в Гусь-Хрустальном был выпущен первый гранчак советского образца (приписываемая Вере Мухиной — автору скульптуры «Рабочий и колхозница», разработка его дизайна не находит надежного подтверждения, зато знаменитая пивная кружка точно ее работа). Выходит, подобный сосуд застал войну, «испытан» социалистическими новостройками, был апробирован не только рабочими и колхозницами, но и работниками умственного труда, выдающимися военачальниками. Знатоки утверждают: легендарный командарм Буденный во время мирных застолий просил зарезервировать для себя именно граненый стакан, в то время как другие гости пользовались хрустальными рюмками и бокалами.

Трезвеннику трудно «сообразить», откуда произошла известная фраза «сообразить на троих», а между тем она во многом обязана граненому ...стакану. Дело в том, что поллитровку невозможно было разлить в две «граненые» емкости, а вот в три — высокомолекулярная жидкость разливалась идеально. Но ведь троих найти труднее, чем двоих — вот и соображали. Всегда грустно было видеть, как такой «соображающий» с выражением лица фокусника, глотающего горящую паклю, опрокидывал в рот граненый стакан, и, выпучив глаза, затыкал ее в горле огурцом, пирожком или чем бог послал— иногда пытался просто грязным рукавом.

Вернемся, однако, к очевидным реальностям, органично вписывающимся в наши сюжетные байки.

...Много лет тому назад в университете им. А. И. Герцена на балансе состояло так называемое рабочее общежитие № 3, располагавшееся над аркой, выходящей прямо к Казанскому собору. Его географическое положение было чудно: из балкона и окон хорошо обозревался не только собор, но и Невский проспект; был виден фонтан и хаотически снующие пешеходы. Квартировали же в нем студенты (включая автора) разных факультетов (физики, математики, художники, географы, спортсмены и др.), подвизавшиеся на хозяйственной службе учебного заведения и имевшие дополнительный доход. Большинство из нас не были «желторотиками», а уже прошедшими воинскую службу или успевшими славно потрудиться на стройках социализма. Отчасти поэтому в общежитии хорошо привилась пагубная привычка советского рабочего класса — шумно «отмечать» получение зарплаты (пусть и скромной).

Хорошо запомнилось одно из таких застолий, может быть, потому, что нашими гостями были в тот день два физика-аспиранта, один из которых — будущий ректор, а затем и президент университета (для студентов аспиранты казались тогда людьми, стоявшими на достаточно высокой ступени социальной лестницы). На столе же «маячила» бутылка «Столичной» водки, граненые стаканы и довольно убогие бутерброды с докторской колбасой.

Надо же такому случиться: в руках у автора в тот момент оказался свежий номер газеты «Известия», в которой на полразворота была помещена статья о «культуре пития» спиртных напитков (автор, кажется, был И. Шатуновский). Речь, в частности, шла примерно о том, что перед началом торжества или приема гостям для аппетита обычно предлагается аперитив (бокал шипучего вина, белого вермута, легкого крюшона, шампанского, коктейля, полусухого или сухого белого вина, шерри и т. д.) с легкой закуской (фрукты, орехи и т. д.); о том, что белое вино подается к легкой мясной или рыбной еде, сыру, ракам, а к мясу — легкое красное вино. Авторы излагали, в общем, элементарные вещи, типа: вино должно всегда гармонировать с соответствующим блюдом; сухое вино подается перед сладким, а не после него; вино слабой крепости подается перед крепким (а не после) и что бокалы следует наполнять не более чем наполовину и т. д. и т. и.

Поскольку на столе красовалась не начатая полулитровая бутылка «Столичной» водки, то внимание к этикету потребления именно крепких алкогольных напитков оказалось как бы своевременным. Со смехом компанией была воспринята деталь о том, что из-за ослабления вкусовых ощущений крепкий алкоголь никогда не подают перед едой— а еды-то у нас, у студентов и не было вовсе — так что «питейный этикета мы и не нарушили. Но, самое главное содержалось в последней фразе газетной заметки, которая автору почему-то запомнилась дословно: «Стоит ли говорить о таких тонкостях, если у нас не перевелись дикари, которые водку пьют гранеными стаканами^.

Помнится, Геннадий Алексеевич — нынешний президент, взяв в руку граненый стакан, на ходу скаламбурил:

— Что ж, давайте, друзья, выпьем за нас— дикарей, которые водку пьют гранеными стаканами.

Перейти на страницу:

Похожие книги

П. А. Столыпин
П. А. Столыпин

Петр Аркадьевич Столыпин – одна из наиболее ярких и трагических фигур российской политической истории. Предлагаемая читателю книга, состоящая из воспоминаний как восторженных почитателей и сподвижников Столыпина – А. И. Гучкова, С. Е. Крыжановского, А. П. Извольского и других, так и его непримиримых оппонентов – С. Ю. Витте, П. Н. Милюкова, – дает представление не только о самом премьер-министре и реформаторе, но и о роковой для России эпохе русской Смуты 1905–1907 гг., когда империя оказалась на краю гибели и Столыпин был призван ее спасти.История взаимоотношений Столыпина с первым российским парламентом (Государственной думой) и обществом – это драма решительного реформатора, получившего власть в ситуации тяжелого кризиса. И в этом особая актуальность книги. Том воспоминаний читается как исторический роман со стремительным напряженным сюжетом, выразительными персонажами, столкновением идей и человеческих страстей. Многие воспоминания взяты как из архивов, так и из труднодоступных для широкого читателя изданий.Составитель настоящего издания, а также автор обширного предисловия и подробных комментариев – историк и журналист И. Л. Архипов, перу которого принадлежит множество работ, посвященных проблемам социально-политической истории России конца XIX – первой трети ХХ в.

Коллектив авторов , И. Л. Архипов , сборник

Биографии и Мемуары / Документальное