Читаем Проект «Парадокс» полностью

Поэтому, получив после сборов звание младшего лейтенанта и защитив в 2074 году на «отлично» диплом на какую-то скучную тему вроде «Аккредитива в мировой банковской практике», Артем пошел в районный военкомат. Несмотря на то, что вооруженные силы РФ сильно отличались в лучшую сторону от самих себя образца начала века, в Москве служба в армии все еще считалась делом малопрестижным. Все родные и знакомые восприняли его идею с недоумением, а сотрудники военкомата, потирая руки, устроили новобранцу серию тестов на психологическую подготовку и профессиональные навыки. Получив результаты, руководитель военкомата присоединился к числу недоумевающих. Младший лейтенант Александров, которого вначале сочли недалеким фанатиком, показал лучшие результаты психологических тестов за десять лет, его теоретическая подготовка и знание современных видов вооружения были безукоризненны. Он был дипломатичен, готов к работе в команде, адекватно относился к субординации. Конечно, были и минусы: физическая подготовка Артема не выдерживала никакой критики, вида крови он откровенно боялся, да и автомат в руки брать не хотел.

Парню был прямой путь в один из множества аналитических отделов разведки, где он, получая зарплату ниже среднего, спокойно просуществовал бы до старости. Однако еще три года назад сверху поступила разнарядка – все выдающиеся результаты тестов направлять вместе с копией личного дела в Генеральный Штаб Министерства Обороны РФ с грифом «секретно» и пометкой «начальнику Генштаба РФ». Руководитель военкомата почесал затылок и вызвал секретаршу.

– Слушаю, Виталий Андреевич.

– Лена, помнишь того парня, Александрова? Которого я сватал в ГРУ?

– Конечно, самые неоднозначные результаты тестирования. Вы еще сказали, что для ГРУ он не подходит.

– Этого мы уже не узнаем. Попроси Кешу отвезти тебя в Генштаб, – с этими словами он передал ей два запечатанных конверта.

10 января 2076 г.

КНР, г. Пекин, правительственный квартал Чжуннаньхай

Два человека сидели в беседке на берегу озера и молчали. Невысокий, с проседью в висках Чоу Чан был заместителем председателя Центрального Военного Совета КНР, одним из первых лиц государства. Лю Цун, подвижный, средних лет политик раскачивался взад-вперед. Легкий ветер рябил водную гладь. Наконец, Чан нарушил молчание:

– Я принял решение, Лю. Я не хочу.

– Брось, Чоу, – с жаром вступил в диалог второй, – в политику просто так не рвутся. Я-то знаю.

– Я не политик, я – военный. И с гораздо большим удовольствием находился бы сейчас на передовой, а не протирал штаны перед десятью мониторами или перед мордами Всекитайского собрания народных представителей.

– Хорошо, предположим, ты не рвался, ладно. Но ты же не отказался от поста председателя ЦВС[5], – Цун нервно подмигнул и вытер пот со лба.

– Естественно, не отказался. Уж лучше я взвалю на себя эту ношу, но буду спокоен за страну. Представь, что бы было, если бы совет возглавил этот болван Лао или даже Ли. Я бы трясся, вставая с кровати каждое утро, и встречал бы каждый день как последний.

– Да уж… Я бы, наверное, зарезервировал место в ближайшем шаттле на Луну… – Цун рассмеялся, но резко перешел на деловой тон. – Я прекрасно понимаю твою мотивацию, Чоу. Я знаю, что ты не охоч до власти и терпеть не можешь политиканов. Но у нас нет выбора…

– Выбор всегда есть, Лю.

– Чоу, ты понимаешь, на грани чего мы стоим? У нас демографический коллапс, и страна катится прямо в пасть дьявола. Нам нужна жесткая рука. По моей информации, готовятся три крупномасштабные акции протеста, по сравнению с которыми Тяньаньмень-89[6] покажется сахарной пудрой.

– Ну вот и что? Что я могу сделать? Чем мое появление в кресле генерального секретаря ЦК компартии Китая изменит ситуацию?

– Ты прекрасно понимаешь, чем. Нынешний председатель слаб, и разные хунты уже начали грызню за его место. Больше того, посмели раскрыть рот демократы! Ни разу, ни разу за все время существования Китайской Народной Республики демократы не позволяли себе претендовать на что-то, кроме пары-тройки кресел в собрании народных представителей. Истинно говорю тебе, Чоу, если мы ничего не сделаем, через два-три года стране конец. Любишь ли ты Китай так, как люблю его я? Тогда сделай то, о чем я тебя прошу. И еще…

– Да? – Чоу Чан внимательно посмотрел на собеседника.

– Я нашел доктора, который сможет помочь твоей жене… Вот его контакты, вам нужно будет полететь в Москву. Вот координаты счета, на котором лежат деньги для оплаты операции.

– Не нужны мне твои деньги! – огрызнулся военный.

– Еще как нужны. Ты слишком честный, чтобы брать взятки, а на такую дорогостоящую операцию никакого государственного жалования не хватит.

Чоу Чан опустил голову. Снова воцарилось молчание. Когда пауза стала неловкой, Чан поднял глаза на Цуна.

– И что, ты хочешь, чтобы я выполнил твою просьбу в обмен на эту услугу?