Читаем Продавец крови полностью

А кого трогал? — хотелось спросить мне. Но я пристроилась у опорной балки, не планируя участвовать в споре.

Ангар был хоть и просторным, но заваленным ржавым хламом, точно позабытый склад металлолома. Пахло ржавчиной и пылью. Эмиль в своем дорогущем костюме смотрелся здесь странно, а вот Феликс вполне вписался в этот убогий интерьер.

Он где-то раздобыл очки — линзы были в грязи и трещинах, так что, скорее всего, нашел свои же в поле. Эмиль был раздражен, и они стояли друг против друга, как перед дракой.

— Кстати, — он приподнял очки, глядя на меня. — Ты сам сказал, что в город он приехал с Яной, а не со мной.

— Не лезь к ней! — повысил голос Эмиль. — Это твои проблемы, которые мне приходится расхлебывать!

Тот спрятался за темными очками и отвернулся, будто не хотел его видеть.

— А что вообще произошло? — поинтересовалась я, рассчитывая, что раз Эмиль бросается на брата, то меня временно оставит в покое и, может быть, даже снизойдет до ответа.

Расчет оказался верным.

— Старый друг Феликса приехал свести с ним счеты, — объяснил он. — Которые предъявляет мне. Я теперь должен с ним разбираться?!

— Старый друг, — задумчиво повторила я. — С которым у тебя встреча ночью? Ну и что, просто заплати ему.

— По-моему ты не въехала, — едко заметил Феликс. — Ему город нужен, а не деньги.

— Так у тебя ночью разборки, а не «встреча»? — я вопросительно подняла брови. — Зачем мы сюда приехали? Ты хотел нанять Живцова?

Он бы сначала у меня спросил. Но Эмиль же самый умный — ни о чем не рассказывает, а потом перекладывает вину на других, когда ломаются его планы.

— Это не твое дело, — отрезал он, вполоборота повернувшись ко мне. По интонации стало ясно, что тему лучше не трогать.

— Ты же ранен, — напомнила я. — Перенеси встречу.

— Яна, тебе не кажется, что лучше не вмешиваться, если не понимаешь нюансов? — Феликс говорил подчеркнуто вежливо, но я все равно услышала раздражение.

Я только вздохнула: у вампиров слишком много сложностей. На мой взгляд не было ни одной причины, чтобы не то, что встречу перенести, а тихо свалить в неизвестном направлении и пересидеть беспокойное время.

Но Феликс ошибся: знаю я, в чем проблема. Эмиль не станет портить репутацию. Ему кинули вызов, если он не ответит, то его дом займут и разграбят, убьют сторонников, и с ним, как с мэром, будет покончено — вопрос в том, как быстро его найдут.

Эмиль мог найти его первым, но как?

— Я встречусь с ним, — наконец решил он. — Попробуем сохранить нейтралитет.

— Эмиль, это плохая затея… — начала я.

— Замолчи! — он резко обернулся, и я осеклась на полуслове.

— Она права, — осторожно заметил Феликс.

— Тихо! — он рычал то на меня, то на брата, словно не мог решить, кто больше виноват в его бедах. — Один меня подставил, вторая зажала крови! Она у тебя драгоценная, Яна? Почему я должен тебя уговаривать?!

— Действительно, — разозлилась я. — В прошлый раз ты меня просто избил. Тебе ведь нужнее, чем мне.

— Избил? — недоверчиво прищурился Феликс.

— Если бы избил, переломал бы ей все кости! — огрызнулся он. — Не нужно было сопротивляться.

— Хочешь сказать, это я виновата? — опешила я. — Может, и во всем остальном тоже? И ты не бил меня, когда мы жили вместе?

В ангаре мы были не одни, но его охрана молча осматривались, делая вид, что ничего не происходит, а Феликс снял очки и вопросительно уставился на него, подняв лысоватые брови с видом «вот это новость».

Эмиль огляделся, желваки зачерствели, словно он стиснул зубы слишком крепко.

— Не хочешь вспоминать, да? — усмехнулась я, чувствуя, что опять дрожу. Я впервые говорила об этом публично, а ему такая репутация ни к чему. Такие, как он не бьют жен.

— Хорошо, давай поговорим, — ровно согласился Эмиль. — Все вон, кроме нее.

Ангар опустел за считанные секунды: охрана скрылась за дверью, даже Феликс вышел без возражений. Мне стало не по себе, в груди появился сосущий холод. Эмиль выглядел спокойным, но это обманчивый штиль — лицо еще было черствым, а взгляд тяжелым.

— Зачем ты это сказала? Пару оплеух ты называешь — бил, а они решат, что я над тобой издевался.

Я сглотнула, и все-таки ответила:

— Так и было.

Эмиль подошел без резких движений, словно боялся спугнуть. Между нами оставалось метра два. Лицо спокойное — без следов раздражения или злости, движения свободные. Но когда между нами сокращается дистанция, я будто оказываюсь на минном поле.

— Не говори об этом при посторонних. Хочешь закатить истерику, так закати ее мне. Понятно?

Эмиль не хотел ругаться, но и идти навстречу тоже. Он высказался и закрыл тему, он не из тех, кто добивается признания своей правоты. В его мире он всегда прав.

Возможно, он всерьез считал, что относится ко мне иначе, но поступки говорили обратное.

— Ты охотился на меня… Ты разорвал мне горло. Это факт.

Он усмехнулся, словно услышал несмешную пошлую шутку.

Я хотела, чтобы Эмиль отвел глаза, но в его зрачках не отразилось ни малейшей эмоции, словно я говорила о мелочах вроде пропавшего обеда. Наверное, я и пропавший обед для него равноценны.

— Опять ты об этом. Выбора не было, Яна. Не было! Я ведь тебя не убил?