Читаем Продам свой череп полностью

Продам свой череп

Инженер Морозов одалживал деньги у знакомых, чтобы поехать во Владивосток и попытаться найти там своего Бориса-Париса. Он приедет, но не найдёт...

А одессита Олега-Одиссея никто не искал и не ждал: он был, как известно, круглым сиротой...

Альфред Смит теперь день и ночь был озабочен главным: пора возвращать детей домой, владивостокский период явно затянулся. Были даже приготовлены эшелоны, но и весной, и летом 1920 года везти колонию в Петроград через Дальний Восток и Сибирь было всё ещё опасно. Если на западе страны гражданская война уже закончилась, то здесь, в Приморье, ей не видно было конца...

Как раз в это время правительство США приняло, наконец, решение о выводе своих экспедиционных сил из России. Последние транспортные суда покидали Владивостокский порт. Надо было срочно решать, что делать с детьми. И тогда правая рука мистера Смита Карл Брэмхолл кинул идею:

- Если нельзя посуху, то почему бы не по морю?

Требовалось зафрахтовать океанское судно, а для этого нужна была твёрдая валюта, которой руководство колонии не располагало. Но и тут энергичный, рыже-растрепанный, как факел на ветру, завхоз нашел выход. Вот как он об этом позже вспоминал:

«У меня было на руках тогда 250 тысяч рублей в керенках и царских ассигнациях. Я понимал, что скоро эти деньги обратятся в никому не нужные бумажки, и поэтому выехал в Харбин, где были целые ряды меняльных лавок. Я побаивался, что создам инфляцию на этом чёрном рынке, если выложу сразу все свои деньги. Поэтому мне пришлось заниматься обменом почти месяц и выкидывать на рынок, чтобы не вызвать подозрения, небольшие суммы. Но, в конце концов, я всё поменял на доллары».

Стали искать подходящее судно. Но все пассажирские суда были зафрахтованы на многие месяцы вперед. Тогда обратились к одной из японских компаний, которая находилась в городе Кобе, чтобы переоборудовали сухогрузное судно для перевозки людей. Эта работа была выполнена за короткое время, всего за месяц. Судно называлось «Йомей-Мару». Водоизмещение 10 тысяч тонн, скорость 10 узлов, что по тем временам было очень неплохо, четыре трюма. В трюмах оборудовали спальные места - подвесные койки напоминали ласточкины гнезда. Туда вели широкие деревянные трапы... На верхней палубе - пекарня, прачечная, дополнительные гальюны, столовая...

Выкрашенный чёрной краской, с большими белыми буквами на борту «AMERICAN RED CROSS», с двумя флагами - Красного Креста и звёздно-полосатым - так теперь выглядел бывший японский углевоз «Йомей-Мару». Капитан Каяхара привёл его из Японии и поставил на рейде Владивостока, у Русского острова.

20 июля 1920 года началась погрузка колонистов и воспитателей на пароход, который Брэмхолл окрестил «Ноевым ковчегом»24. На борт поднялись 424 мальчика, 351 девочка, 17 американцев, 84 взрослых русских (воспитателей) и 78 бывших военнопленных. Последние были взяты для выполнения бытовых работ, этим они оплачивали свой проезд домой.

Дети, размещаясь на судне, шутили: «Пароход - японский, деньги - американские, а груз - русский». Под грузом они имели в виду, конечно, себя. Да, это был дорогой груз, но стоимость его определялась не только долларами... И всё же морское путешествие детей предстояло быть очень затратным. Американцы, знавшие счёт деньгам, скрупулёзно подсчитали, во сколько оно им обойдётся. Сумма получилась громадная, только фрахт исчислялся в четыре с половиной тысячи долларов в день.

Накануне отплытия в одном из полуразрушенных капониров Русского острова состоялось секретное совещание бывших героев Эллады, ныне юных пионеров. Присутствовал на нём и товарищ Кузнецов Николай Васильевич, которого ребята ещё раньше избрали своим вожатым. Вопрос был один, сакраментальный для русских революционеров всех времён - «Что делать?»

Первым слово взял Маленький Аякс (его так стали называть после разоблачения). Оно было коротким и жалобным:

- Я хочу домой!

- Ну и катись на свою ё-моё-мару! - грубо сказал Одиссей.

- Но я не хочу плыть в Америку, там капитализм!

- Тогда сиди и молчи!

- Вопрос в том, - раздумчиво произнёс Патрокл, - оставят американцы колонистов в своей стране или повезут дальше, в Россию?

- Ясное дело оставят! - бросил Парис. - Выучат ребят в разведшколах и сделают из них шпионов, врагов Советской России.

- А как вы считаете, Николай Васильевич? - спросила Лена.

- Я думаю, возможны оба варианта...

- Предлагаю остаться на Родине! - снова выкрикнул Одиссей.

- А что мы здесь будем делать?

- Бороться против оккупантов японцев!