Читаем Прочь из города полностью

— Я? Ничего, — произнес опешивший Ропотов, — а что он сделал, этот парень? — показал Алексей головой и взглядом на задержанного.

— Что-что сделал? — тут офицер посмотрел снова на свой кулак, зубы его при этом заскрежетали. — Портил общественное имущество, сопротивлялся при задержании, вот что. Проходите, давайте… Или, может, у Вас есть, что сказать по этому случаю? — посмотрел, судя по его погонам, старший лейтенант на Алексея, прищурясь.

— Да, нет, собственно, нечего сказать, — Ропотов перевёл взгляд от глаз лейтенанта себе под ноги и потихоньку начал движение, куда и шёл.

— Это не я! Отпустите! — закричал истошно парень.

— Веди его! — приказал подчинённым старший лейтенант.

Группа полицейских и парень продолжили путь к подъехавшей и остановившейся неподалёку полицейской машине. При виде машины парень стал ещё больше упираться и пытаться вырвать руки из цепких объятий стражей порядка. К месту шума стал стекаться народ. Люди, не понимая, что случилось, и откуда крики, выясняли друг у друга, что там, кто этот парень и что он натворил.

— Парень этот на стене краской писал, а полиция его поймала, — ответил Ропотов какой-то полуслепой бабушке, когда та цепко схватила его за руку со словами: «Что там, мил-человек, деиться-то?»

— Во, прально, буить знать теперичи, как озорничать, паршивец эдакий, — убежденная в своей правоте, закивала бабушка, отпуская руку Ропотова.

Ропотов ещё раз повернулся, чтобы посмотреть, как парня запихивают в машину, и в этот самый момент парень сумел вырвать одну руку, развернулся к людям и, не в силах вырвать вторую, поднял свободную и зажатую в кулак руку вверх и, что было силы, прокричал: «Россия снова станет…»

Слово «свободной» — Ропотов догадался — парень уже не смог громко выкрикнуть, потому что его голову и туловище полицейские затолкали в машину. Старший лейтенант, следуя за своей командой, обернулся и крикнул в толпу: «Расходись! Никаких собраний у меня!» Встревоженные люди поспешно принялись расходиться, продолжая вполголоса обсуждать случившееся только что на их глазах.

«Вот оно что означает, это «РССС»: «Россия снова станет свободной», — подумал Ропотов, — та самая боевая кричалка людей из ролика. Получается, и этот парень был из сочувствующих штабу спасения и его боевикам. И ходил прямо здесь, возле нашего дома! Немыслимо!»

Когда он зашёл в подъезд, то обнаружил, что лифт не работал. Постояв недолго, понажимав несколько раз на погасшую кнопку вызова, негромко выругавшись, Ропотов пошёл вверх по лестнице.

«Хорошо ещё, что мы живём на третьем этаже», — успокаивал себя Алексей.

На лестничной площадке уже стояла Лена, недоуменно смотрящая то на свой, то на соседские электрические счётчики в общем электрощитке:

— Представляешь, света нет, и, похоже, не только у нас одних.

— То-то я смотрю, лифт не работает, — заметил Алексей.

— Надеюсь, скоро дадут. Если через полчаса не дадут, буду звонить в ЖЭК или «Мосэнерго», — с видом бывалой домохозяйки произнесла обеспокоенная Лена.

Они оба вошли в квартиру. Слышно было, как другие жильцы подъезда на верхних и нижних этажах также выходят из своих квартир и пытаются понять, что приключилось со светом.

Лена дозвонилась до «Мосэнергосбыта» только через час. Электричества в доме по-прежнему не было. Ей сказали, что в сети перебои, обесточено несколько объектов в их районе, и что они пытаются перевести всех на резервную линию. «Не беспокойтесь, скоро всё восстановим. Будет у вас сегодня свет», — постаралась обнадежить Лену явно уже уставшая делать это за сегодня женщина-диспетчер. Лена немного успокоилась.

Ещё через час свет наконец дали. Все в квартире Ропотовых были несказанно этому рады. Алексей первым делом включил телевизор, надеясь уже наконец снять для себя все мучившие его последние несколько часов вопросы, главным из которых был: «Что же всё-таки происходит в городе?»

Глава XI

По телевизору выступал Президент. Лицо этого уже почти лысого, стареющего, но всё ещё отчаянно молодящегося человека было чрезвычайно обеспокоенным, и это беспокойство отражалось на его речи: несколько раз он запнулся, не в силах совладать с волнением.

Президент говорил о том, что безответственные силы хотят развязать в стране гражданскую войну — именно сейчас, когда всё стало налаживаться, устраиваться:

«Фашиствующие молодчики, националисты и уголовники, антисемиты и гомофобы, социопаты и ксенофобы всех мастей, объединившиеся между собой, и, прикрываясь лозунгами патриотизма, справедливости, народности, а также призывами защиты всего русского от всего чуждого и знаменами мнимого спасения и возрождения России навязывают нам, нашему обществу, всей стране, по сути дела, страшную братоубийственную кровопролитную войну. Их истиной целью, на самом деле, является банальная жажда власти, а методы её достижения хорошо всем известны — это ложь и насилие.