Читаем Призраки полностью

Старые Кузины приняли внука восторженно: они воевали за право обнять его, одни сладости сменялись другими. Старики, не в пример сыну, были веселыми и говорливыми.

Уложили Назара в гостиной. На соседней кровати спала тетя Марина. За стеной дядя Вова спорил с отцом.

– Бог? – говорил недовольным тоном дедушка. – И ты имеешь право рассказывать мне про Бога после всего, что случилось? Где был Бог, когда Саше сломало шею?

– Если не будет веры, папа, как жить?

– Вот так вот! Жить с Назаром! С Мариной! Любить их.

– Я не могу.

– Придется, – сказал дед. – И перестань ходить к этим шарлатанам!

Из всего услышанного Назар уяснил одно: качели сломали Саше шею.

Ваш ребенок мертв. Вот вам новый ребенок.

…Вернувшись в город, Назар обнаружил, что за время их отсутствия в детской кто-то побывал. Комиксы упали на ковер. Пахло ароматическими палочками, а под кроватью был рассыпан пепел.

– Глупости, – улыбнулась тетя Марина.

Дядя Вова нервно чесал подбородок и отводил взор.

– Куда мы идем? – спросил Назар в субботу.

– К очень славным людям, – сказала тетя Марина.

Автомобиль припарковался на окраине города, у двухэтажного дома с синей крышей. В ярко освещенной комнате собралось человек десять. Назар поздоровался. Дядя Вова указал на свободный стул.

– Они все ваши друзья?

– Да, и твои тоже. Это Храм.

– А мы здесь надолго?

– Потерпи, пожалуйста.

Назар завертелся на стуле. Встретился взглядом с красивой молодой тетей, сидящей в углу. Она улыбнулась приветливо, и Назар улыбнулся в ответ.

Толстая женщина в безразмерных джинсах и черной рубашке приблизилась к Кузиным. Родимое пятно покрывало ее правую щеку, исчезало в складках шеи.

– Сестра Марина, брат Владимир.

– Здравствуйте, сестра Лиза.

– А кто этот ангел? – улыбка женщины была слаще халвы. Назар ненавидел халву.

Он представился.

– Твои мама и папа много о тебе рассказывали. Ты уже знаешь про Звездных людей?

Назар покачал головой.

Короткие толстые пальцы коснулись его плеча.

– Он полностью подходит, – сказала женщина.

Приемная мать вздохнула облегченно, а приемный отец погрустнел.

…Назар проснулся среди ночи. Ему приснился кошмар: Китаец, ползущий, как паук, по потолку.

В детской кто-то был. Сидел в кресле возле окна. Смотрел на мальчика.

Назар укусил себя за большой палец. Он представил морду Китайца.

Одеяло не поможет, как ни натягивай его.

Я пришел, чтобы съесть тебя, дружок.

– Дядя Вова?

Кузин встал с кресла, медленно, как заржавевший робот.

– Прости, что напугал. Я просто… мне не спалось. – Он подошел к кровати и ласково поправил челку Назара. – Спи.

– Это ради нашего сына, – говорила тетя Марина за дверью. Назар застыл в полумраке коридора. Забыл, что хотел пи́сать и что подслушивать взрослых плохо. – Они выбрали нас, Володя. Из всех людей они выбрали именно нас.

– Я не знаю…

…Назар прижал к уху телефон и слушал гудки. Кузины собирались в Храм. В Храме было скучно и тоскливо, ему нравилась только темненькая тетя, тетя Диана, а больше никто. Там все улыбались и говорили: «Храни тебя Бог», но Назару почему-то слышалось «Паук» вместо «Бог».

– Кому ты звонишь? – спросила тетя Марина.

– Дедушке.

Рука опустилась на его затылок.

– Повесь трубку.

Назар уснул. Полина сменила халат на спортивный костюм, обулась в мокасины. Отодвинув гардину, изучила улицу. Ночь была безлунна, и пелена дождя скрадывала кругозор. Под фонарем тряслась от холода пихта.

– По-твоему, они опасны?

Вместо ответа Диана сказала:

– У сайентологов есть такой термин – одитинг.

– Что-то венерическое?

– Не совсем. Так называют общение человека, желающего вступить в секту, или ее рядового члена с сайентологическим консультантом. Считается, что одитинг включает в себя командный гипноз. Но существует якобы особый вид одитинга – ритуальное убийство. Устранение тех, кто предал церковь. Старина Хаббард завещал применять кольт сорок пятого калибра.

По позвоночнику Полины побежали мурашки.

– Ты это к чему?

– Я не хочу проверять, опасны «возвращенцы» или так шутят. Будут они просто молиться, чтобы в мальчика вселился дух Тон-Агына, или насильно впихнут его.

Полина пощелкала языком, размышляя.

– Слушай сюда, Пулитцеровская премия. У меня в спальне лежит травмат. Я поднимусь за ним, как раз и проверю, нет ли там твоих мормонов.

– Нет, не надо, – Диана повысила голос. Назар заворочался под пледом.

– Цыц, малявка.

Полина показала жестом, что спорить бесполезно. Вышла из дома и сразу заперла дверь на ключ. Крыльцо залила вода. Тень Полины сбегала по лестнице в глубокую лужу. Тусклая лампочка светила над дверью да одинокий фонарь боролся с темнотой.

Сложно определить, то пятно между соседними домами – человек или куст?

Она подумала о Кате, Толике, о внуке. И, картинно массируя поясницу, поковыляла на второй этаж. Вода стекала с жестяного козырька. Разбухла земля в цветочных горшках. Под подошвами заскрежетало железо.

Полина задержалась на огражденном балкончике. Симметричные полосы аллей опоясывали ядовитые дома, дождь барабанил по синей кровле.