– Еще бы не расстроиться. – По голосу чувствовалось, что Ник не в духе. – Тим, а она не собирается пойти еще раз к нему или к кому-либо другому? Ты не в курсе?

– Мне кажется, пока – нет. Она сказала, что ей нужно накопить материал, а дальше будет видно.

– Слава Богу. Надо только молиться, чтобы ей не вздумалось все это продолжить. Извини, Тим, Джуди вернулась. Мне надо идти, – шепотом закончил он.

Тим, усмехаясь, положил трубку. Нет, не годился Ник Франклин на роль ловеласа. Никак не годился.

5

Джо решила позвонить Сэму.

Четыре часа она проворочалась, перескакивая мыслями от Билла Уолтона к Саре Поттер, которая когда-то была уличной девицей Бетси, вертелись ее мысли и вокруг Тима и Джуди Керзон, но сосредоточиться на чем-то одном ей не удавалось. Снова и снова перед ее глазами возникал тесный кабинетик Коуэна в Эдинбурге. Ей виделся Сэм, прислонившийся к большущей, допотопного вида батарее, а за окном, застилая небо, кружила вьюга. Еще ей не давали покоя руки. Они почему-то сильно болели; она вспомнила волдыри на пальцах и кровь, а побледневший Майкл Коуэн толковал ей что-то маловразумительное. И вдруг с потрясающей ясностью она увидела на полу пятна крови. Но как и почему пол в кабинете оказался испачкан ее кровью?

Джо, вся в поту, рывком села, дико уставясь на полупрозрачные шторы спальни. Простыня сбилась, подушка валялась на полу. За окном чуть брезжил рассвет. Где-то запела птица, и ее трели грустным эхом отдавались среди высоких зданий. Джо встала и побрела на кухню, чувствуя, что голова раскалывается. Она огляделась, включила свет и привычным движением поставила чайник.

Номер телефона Сэма отыскался в старой записной книжке. С чашкой черного кофе Джо прошла в гостиную и, усевшись на пол, сняла трубку. Часы показывали половину пятого утра, когда она принялась набирать номер Сэма.

Ответа не было.

Она положила трубку только после пяти минут бесплодного ожидания, наслушавшись одиноких гудков. И тогда только ей пришло в голову, что Сэм за границей. Выпив кофе, она позвонила на квартиру Нику, но и его дома не оказалось, и она со злостью бросила трубку.

– Будь ты неладен, Ник Франклин! – сквозь зубы ругнулась Джо, потом встала и раздвинула занавески. Она задержалась у окна, глядя задумчиво на сонный сквер. Взгляд ее упал на журнальный столик. Там лежал листок, исписанный аккуратным четким почерком Пита Левесона: «Доктор Карл Беннет, гипнотерапевт. (Секретарь – Сара Симмонс. Она сестра Дейвида, насколько я помню, он тебе нравился тогда, в 76-м, когда пришел работать в вашу газету как очеркист). Я договорился, что ты поприсутствуешь на сеансе в пятницу в три часа. Не забудь, пожалуйста. Мне стоило немалого труда это устроить».

Джо взяла листок в руки. Идти к гипнотерапевту ей совсем расхотелось.

Без четверти три она медленно продвигалась по Девоншир-илейс, поглядывая на номера домов. Наконец, она остановилась перед бежевой дверью нужного ей дома. На чисто вымытой панели располагались четыре латунные таблички.

Дверь ей открыла регистратор в белом халате.

– Вы к доктору Беннету? Минуточку, я сейчас позвоню наверх, – сказала она в ответ на вопрос Джо. Сидя в ожидании в холле, пахнущем лекарствами, Джо рассматривала себя в огромном зеркале в золоченой раме. Под глазами залегли тени – следы бессонной ночи, а на лице застыло напряженное выражение, когда она наблюдала за отражением женщины у телефона, набиравшей за ее спиной номер.

– Можете подняться, мисс Клиффорд, – через мгновение пригласила регистратор. – Второй этаж, пожалуйста. Его секретарь вас встретит.

Джо медленно двинулась вверх по лестнице и заметила, что на площадке между пролетами ее уже встречают. Высокая светловолосая Сара Симмонс была одета в свитер и блузку. Джо непроизвольно вздохнула с облегчением. Увидеть еще один белый халат было бы слишком.

– Джо Клиффорд? – приветливо улыбаясь, протянула руку Сара. – Пит Левесон говорил нам о вас. Приятно познакомиться.

Джо не удержалась от улыбки.

– А он не предупредил вас, что другого такого скептика, как я, еще надо поискать.

– И об этом он тоже говорил, – искренне рассмеялась Сара. – Но Карл – человек очень терпимый. Пойдемте, я вас с ним познакомлю.

Карл Беннет сидел за столом своего кабинета, выходящего окнами на улицу. Комната производила приятное впечатление. На стенах – ряды книжных полок, обивка на нескольких мягких креслах и диванах неброская, но явно дорогая, живописно разбросанные поверх закрывавшего весь пол ковра афганские коврики, потертость которых только подчеркивали их антикварность. Уютная комната. Джо определила ее для себя как мужскую обитель, и ей представилось, что аромат сигар здесь оказался бы очень кстати, но вместо сигарного в комнате витал едва уловимый запах одеколона.