Читаем Призрак Бомбея полностью

Мужчины купили по одному, некоторые скрылись в своих машинах и медленно потащились по улице. Почуяв, что им могут не заплатить, уличные оборванцы заволновались, десятилетний даже стал угрожать. Тогда Джагиндер купил им по пакетику и спровадил.

— Продай по дешевке! — крикнул водитель проезжавшей мимо машины и ткнул пальцем в заглохший «амбассадор».

— Лучше продай по дешевке свою чертову мамашу! — огрызнулся Джагиндер.

Одни автомобилисты засвистели, другие одобрительно закивали, и у всех поднялось настроение.

— И что теперь делать? — обратился он к толпе, показывая на машину.

Мужчины выкрикивали советы — порой грубо-сексуальные и, как правило, совершенно бесполезные. Затем, вдруг вспомнив о делах, они в последний раз глубоко затянулись и умчались на своих машинах. Один, в облегающей рубашке с высоким воротом и синтетических штанах, пожевал сигарету, перекидывая ее во рту, и деловито сплюнул на землю:

— Арэ, открой бахэнчод капот.

Джагиндер насупился и открыл «гребаный капот».

— Я знаю одного механика, — заявил мужчина, выпустив в лужу струю красного сока па-ана. — Очень толковый парень, тут в двух шагах.

— Так сходи за ним, — неохотно согласился Джагиндер, ведь выбора у него не было.

Мужчина вернулся через полчаса. К тому времени вокруг промокшего двигателя «амбассадо-ра» собралась новая толпа; люди заглядывали в него с таким интересом, словно там показывали блокбастер типа «Кануна». Худющий, скуластый «механик» принес с собой ржавый гаечный ключ и палку, на конце которой горели промасленные тряпки. Размахивая этим факелом в опасной близости от мотора, он мастерски вытер насухо все электрические контакты. Джагиндер запрыгнул в машину и в очередной раз попробовал ее завести. Зеваки попятились, «амбассадор» резко накренился и с шипением заглох. Без буксира тут явно было не обойтись.

«Механик» пожал плечами и стукнул по двигателю гаечным ключом — для полного счастья. Расстроившись, что представление так быстро закончилось, водители с неохотой вернулись в машины — к своей привычной одинокой жизни. Настроение у всех испортилось. Еще один автомобилист отпустил соленую шутку. «Механик» грозно взмахнул факелом. Испугавшись, как бы он и впрямь не поджег машину, Джагиндер достал из бумажника пару банкнот. Первый мужчина шумно сплюнул на землю. Джагиндер вынул еще десятку, и оба помощника исчезли.

Его кинули на произвол судьбы.

Гулу внезапно проснулся. В волнении он уставился на рекламу ваксы «вишневый цвет» над койкой, пытаясь успокоиться. На него обиженно посмотрели два котенка в блестящих черных сапожках.

— Тум бхи — и вы туда же? — спросил Гулу с напускной беспечностью и постучал по бумажным носикам.

Сев в койке, он энергично растер лицо, пока не запекло. Что-то случилось. Первым делом он подумал про Чинни — проститутку с Фолкленд-роуд, к которой наведывался по выходным два раза в месяц. Отношения у них были неглубокие, но иногда почти нежные.

Правда, в последний раз Чинни отстранилась от Гулу.

— Я его видела! Видела! — закипятилась она, закрыв руками глаза.

— Кого? — грубо спросил Гулу: под его дхоти уже нетерпеливо пульсировала шишка.

— Своего сыночка — пропажу свою, — бесновалась Чинни, не обращая внимания на Гулу и его шишку. — Этот бахэнчод дядька привел его сюда — совсем еще мальчонку. Убью старую сволочь — пусть только еще раз сунется!

Будто в подтверждение своих слов, она достала из-под койки девятидюймовый нож, сделанный в Рампури.

«Еще чего доброго, Чинни натворила глупостей», — подумал Гулу, и на него надвинулись стены гаража. Он вскочил, схватил изорванный зонт и осторожно пробрался на переднюю веранду. Усевшись на табурете, стал высматривать фары «амбассадора». Гулу решил, что, как только Джагиндер вернется, он тайком съездит к Чинни и проверит, все ли там в порядке. Надо будет в следующий раз купить ей новую побрякушку — какой-нибудь браслет из цветного стекла.

Прошло около часа, и Гулу услышал шум мотора. Спросонок он оторвался от стены и прошел к зеленым воротам, отпер замок и снял цепь. Ворота распахнулись с недовольным стоном, будто сквозь ритмичный стук дождя заскулил раненый пес. Протерев глаза, Гулу вгляделся в дорогу. Вдалеке виднелся неяркий свет. Гулу успокоился, почти возликовал. Он отпер вторые ворота, распахнул их и встал у въезда, гордо подняв голову, хотя зонт почти не защищал от ливня. Гулу с радостью встречал любимую машину.

Он ждал — ждал долго, пока не потерял терпение. Щурясь в попытке хоть что-то разглядеть сквозь пелену дождя, он с надеждой смотрел на дорогу. Свет по-прежнему горел — где-то за полем зрения. Гулу нерешительно шагнул на проезжую часть и прислушался, стараясь отвлечься от барабанной дроби капель по твердой земле.

— Джагиндер-сахиб? — крикнул он во мрак.

Против света возникла темная фигура, направлявшаяся к бунгало.

Даже в потемках Гулу заметил две вещи: для Джагиндера человек был слишком стройным и этот всемирный потоп ничуть не стеснял его движения.