Читаем Привратники полностью

- О, нет, чувак, - засмеялся мой болтливый сосед. - Отнюдь нет. Этот солдат оглядывается вокруг, как будто он напуган, как будто он что-то слышит. А потом... Я тоже кое-что слышу.

Мне захотелось застонать.

- И что же ты услышал?

- Ну, опять шаги. Только не такие громкие, как у него. Потом вдруг он поднимает винтовку и начинает стрелять в кого-то, выходящего из-за угла моего дома, но... Tы знаешь, как выглядят сны...

Сны, - думаю я.

-...иногда некоторые вещи не имеют смысла, в этом я уверен, потому что его винтовка не производила никакого шума, когда он стрелял. Я видел вспышку, но...

- Не слышал звука, - сказал я.

- Точно. И тогда этот солдат, с животом, полным пуль, бросает свою винтовку на газон и убегает вниз по улице, пронзительно крича.

- Крича? - спросил я. - Но я думал, ты ничего не слышал.

- Нет, нет, я имел в виду, что не слышал выстрела, но я слышал все остальное, и этот парень кричал о кровавом убийстве.

Я кивнул.

- Хм. Довольно странный сон.

- О, но это еще не все. После того, как этот военный убежал...

- Убежал крича, с брюхом, полным пуль, - напомнил я ему.

- Точно. После того, как он убежал крича, с животом, полным пуль, я, наконец, увидел в кого он стрелял.

- Те шаги, которые ты слышал.

- Точно, шаги, раздающиеся из-за угла моего дома.

Тут, вероятно, для пущего эффекта, мой болтун сосед на мгновение прервал свой рассказ, глядя на меня с мудрой усмешкой.

Я завязал последний мешок с листьями - занозу в заднице - и решил подыграть ему.

- Хорошо, и кто это был?

- Это были ноги, чувак.

- Ноги? - спросил я.

- Совершенно верно. Ноги. Они были похожи на ноги девушки, тонкие и хорошенькие. Но, так или иначе, это то, что я видел во сне. Две ноги идут через мой двор. И знаешь, что они сделали потом, эти ноги?

К тому времени мне стало нехорошо.

- Ноги последовали за солдатом, верно?

- А вот и нет. Это то, что ты думаешь, они должны были сделать. Я имею в виду, что это имело бы смысл, но... Ты же знаешь, что такое сны.

- Конечно, - я посмотрел на него, и на лбу у меня выступил легкий пот. - Так что же они сделали, эти ноги?

- Вот та часть, которая тебе понравится! - мой сосед грубо захохотал. - Они не последовали за солдатом. Вместо этого, ноги начали идти поперек улицы, к твоему дому! - сосед хлопнул меня по спине. - Довольно странный сон, а?

- Да, старик, - согласился я. - Довольно странный сон...

[- номер девять-один-четыре -]

Сейчас время ничего не значит... Осталось сделать только одно, когда единственный человек, о котором я забочусь во всем этом блядском мире - это ты. Моя кровь просеивается сквозь пепел; все мои музы мертвы, и твоя улыбка приставляет "Глок-17" к моей голове. Маленькие ангельские глазки и поцелуй Судного дня. Я - бледный Рокентин из "Тошноты"[169], я - искалеченное блаженство Нельсона Олгрена[170]. Солипсическая любовь, но больше нет души, чтобы продать. Думаю, мне суждено остаться здесь и тлеть в этом полуденном, голубом, ликующем аду. Прорицатели все лгут; пустошь просто становится больше. Я пойду вперед и засуну пистолет в рот, но не могли бы вы нажать на курок?

[- мясник -]

Конгрессмен торопится приготовиться; у него дискуссия через сорок пять минут, и он хочет сначала выпить пива с Далласом, в баре отеля. Ну, может быть, пару пива - дискуссии заставляют его немного нервничать. Он выходит из душа, вытирается, спешит в спальню в приглушенной гостиничной тишине.

На чистом шотландском ковре лежит беременная женщина. Ее одежда порвана была разорвана в клочья, что-то похожее на грязно-белое повседневное платье, подобные вещи женщины носили сотни лет назад, только теперь оно испачкано ярко-красной кровью, и она была безжалостно убита прямо здесь на полу при помощи совершенно безумного метода, слишком дьявольского, чтобы описать.

Конгрессмен стоит с отвисшей челюстью. Изображение изобилует деталями, застывшее, четкое и резкое, как грань драгоценного камня в своей прозрачности. Затем конгрессмен моргает, и, конечно же, изображение исчезает.

Но он помнит последнее, что он видел:

Лицо женщины было расколото боевым молотом Коноя.

[- возвращение домой -]

Оушен Сити, Мэриленд, 1991. Да, именно туда ты и твои приятели отправились на неделю в конце июля. Tы выпил бутылку "Sapporo"[171], ведя свой новенький автомобиль по мосту-тоннелю через Чесапикский залив (или, возможно, больше одной бутылки). Прямиком по шоссе 50, и ты там.

Веселая вечеринка, мужик! Вечеринка на пляже! Бикини Сити каждый день - этого достаточно, чтобы свести тебя с ума! А выпивка в "Зеленой Черепахе" каждый вечер - какой похвальный образ жизни!