Читаем Пристрелочник полностью

Пристрелочник

«Не послать ли нам гонца?Рассказать про мертвеца».

Совейский фольк наводит на мысли и допускает актуализацию.

Как утверждает теория:

«Традиционным способом установления первичного контакта между сторонами, находящимися в конфликте или не имеющими оснований для взаимного доверия, является использование посредника. Его основной задачей является донесение до сторон минимума информации, необходимой для начала переговорного процесса».

Ну и кого бы выбрать? Для «донесения минимума информации».

— Терентий, а нет ли у нас в хозяйстве доходяги из местных рабов? С особо образной речью и высоким уровнем впечатлительности.

Что характерно для моей здешней жизни? — Стоит открыть рот, как туда сразу влетают мухи. В смысле: предлагается выбор из обширного набора. Доходяг у нас полно: большинство рабов уже нехорошо кашляют.

А что вы хотите?! В постоянно мокрой одежде, в худо отапливаемых и не проветриваемых ямах-зимницах…

У меня — мои люди болеют! Потому что не из чего сложить печки! Потому никак не заканчивается печь у Христодула! Потому что эти придурки устроили мятеж! И мы потеряли время. Сперва на подавление, потом на воспитание. Да и просто — меньше их стало.

Вполне по Паркинсону:

«Когда составляете план, после учёта всех возможных задержек, проблем и расходов, добавьте к ним ещё 103 %».

Добавьте. Например: на маразм придурков. А то жизнь сама добавит. Не спросясь.

Теперь, из-за взбрыков дурней, ныне покойных, судорожно строясь наперегонки с подступающей зимой, встав всем селением… «в раскорячку по полчищу», мне приходится обеспечивать безопасность не развитием патрульно-наблюдательной службы, например, а мерами психологического воздействия на потенциальных злоумышленников. «Злобствовать и свирепствовать».

Кандидаты на роль «гонца» нарисовались сами: трёх чудачков подросткового возраста поймали «на горячем». Не фигурально, а реально: на воровстве горячих лепёшек в поварне. С хлебом-то у меня хорошо, пекарня поставлена, но печь… Кирпич! Итить ять!

— Значится так, мужи мои добрые. Надумал я послать гонца к соседям. С посланием. Типа: настоятельно советую принудиться к миру. А то хуже будет. Берём доходягу, вешаем ему на шею ожерелье из… из свеже-отрезанного. Уже за два десятка дурацких ушей собралося. Отвозим его по Оке вёрст на сорок. Могута там стойбище местных приметил. И отпускаем. С предложениями взаимного мира, любви и согласия.

— Не. Снимет. (Ивашко обращает внимание на детали.)

— Не снимет. Локти перебить. (Ноготок предлагает решение.)

Опять. В смысле: публичная казнь за хищение гос. собственности. В продвинутых западных демократиях этого и нескольких последующих веков широко распространено отрубание рук карманникам. В том числе: за украденную булку хлеба. Типа: для воспитания, просветления и осознания. Что ж не воспользоваться опытом прогрессивной Европы? Общечеловекнутость оттуда же… подтекает. Только чуть гуманизма добавлю: отрубить насовсем… — это жестоко.

Сопляка ставят на колени рядом с плахой, вяжут кисти рук за спиной, выдавливают вязку к шее, так чтобы локти торчали в стороны. Укладывают локоток на колоду и… И бьют молотом.

В локте в таком положении хорошо видна косточка. Вот её и дробят.

Предшествующий вой с причитаниями, обещаниями, молениями… после удара переходит в совершенно безумный крик. Подросток, с остановившимся лицом, уставившимся перед собой в землю взглядом вылупленных глаз, орёт на пределе сил. Так, что едва не лопаются жилы на шее.

«Что ж ты так убиваешься? Ты же так не убьешься…».

Второй кандидат, стоящий рядом со связанными руками, вдруг бросается бежать. Крик стоит такой, что никто не обращает на это внимания, не слышит моей команды. Кроме Курта.

— Убей!

Умница. Какой прекрасный сообразительный зверь! Князь-волк не воспроизводит в точности мой урок с вырыванием горла, а адаптирует опыт по ситуации: в три скачка догоняет беглеца, прыгает ему на спину и, снова как-то мимоходом, в продолжение своего движения дальше, ломает ему шею, отрывая в сторону голову.