Читаем Примордиум полностью

Но мы продолжали идти, нигде не задерживаясь более чем на день.

Хотя пищи теперь было в достатке, Геймлпар начал терять силы и воодушевление. Шел он медленнее, и отдыхали мы чаще. Лес отбрасывал на нас тень даже днем, а ночью бледный свет от волчьего шара и небесного моста приглушался и от него было меньше проку. За следующий световой день мы вроде бы одолели полкилометра, держась извилистых прогалин между большими деревьями, протискиваясь между мягкими, покрытыми листьями лозами, которые будто росли прямо на глазах.

У нас была еда. Кругом было тихо. Старые духи нас не беспокоили.

Но идиллия не могла продолжаться долго.

Мы поднялись на заре и позавтракали красноватым, похожим на дыню фруктом, в равной степени кислым, горьким и сладким, утоляя жажду и голод одновременно.

В тенях жужжали мухи и комары. Нами они лакомились так же, как мы воздавали должное плодам леса. Я прихлопнул на себе насекомое, посмотрел на его кровавые ошметки на ладони, доел свою порцию дыни и уже хотел отбросить кожуру, когда обратил внимание на лес.

Слева, менее чем в десяти шагах от нас, заполнив собой промежуток между деревьями, появилось существо, смутно похожее на огромного человека с широкими плечами и крупной головой. Потянувшись к Винневре, я слегка сжал ее плечо. Она тоже увидела.

Силуэт тронулся с места, и мы оба вскочили на ноги. В утреннем сумраке воздух был неподвижным и сырым. Я слышал шелест листьев, ветвей, виноградных лоз. Одна из таких, у меня под ногой, напряглась, когда существо наступило на нее.

Геймлпар на другой стороне полянки свистнул. Винневра не решилась ответить.

Существо орудовало массивными конечностями, расталкивая толстые ветви и безжалостно обрывая цепкие лозы. На мгновение почудилось, будто это вернулся Дидакт, чтобы забрать меня, – но нет, существо было крупнее его и ходило на четвереньках. Длинные лапы, покрытые черным мехом, казались столбами, погружающимися в толстую лесную подстилку.

Фыркая и гортанно ворча, существо повернулось и выпрямилось во весь рост на фоне лесного полога. Винневра замерла, словно испуганная лань, привстав на цыпочки, готовая сорваться с места. Мы следили за медленным величавым приближением исполина.

Рядом опустилась огромная лапа с черной шерстью; кисть была в четыре или пять раз шире моей. Затем над нами склонилась огромная морда – да какая жуткая! Глубоко посаженные глаза, обрамленные густой бахромой меха; плоский, широкий нос с внушительными ноздрями; челюсти почти до плеч, а между толстыми темно-пурпурными губами блестят желто-белые зубы.

Сверху вниз на меня смотрели без страха, но с любопытством большие зеленые глаза. Затем существо отвело взгляд, спокойно помаргивая; похоже, оно считало меня не опаснее пичужки.

Краем глаза я заметил, как между деревьями вспыхнул желтый свет – крохотное, с ноготь, пятнышко. Темная морда вскинулась, и мы вдохнули запах из пасти существа – с оттенком травы и фруктов.

И вновь тишина. Как может такая крупная тварь двигаться так тихо? Однако поразмыслить об этом не пришлось, поскольку источник света показался из-за широкого ствола. Он напоминал огонек глиняной лампы, однако его держал Предтеча. Его кожа была пурпурно-серой с внешней стороны и розоватой с внутренней, на руке семь изящных пальцев, а выше лампы – лицо с утонченными чертами. Новоприбывший глянул на огромное существо, затем на меня, будто подтверждая, что мы оба видели нечто, а теперь видим друг друга – и это происходит на самом деле.

Предтеча двинулся к нам. У Винневры был тусклый взгляд. Она не могла бежать, да и не хотела. Я же не имел никакого желания отправиться во Дворец Боли. Вскочив, я попытался удрать – и угодил прямиком в стену из черного меха.

Повалив меня, одной лапищей тварь сдавила мою грудную клетку, а второй перехватило мою размахивающую руку. В стороне среди деревьев тихо зазвучали голоса. Великан перестал сжимать меня и поднял за руку из грязи и листьев. Я висел, вяло брыкаясь. Свет лампы продолжал приближаться.

Предтеча не походил внешностью ни на Звездорожденного, ни на Дидакта. В нем угадывалось смутное сходство с другим Предтечей, являвшимся мне во снах, – Создательницей, Библиотекарем, Леди. Этот, однако, не был женщиной – по крайней мере, женщиной известного мне типажа.

Вероятнее всего, это творец жизни.

Пока я висел, существо вращало меня, позволяя разглядеть три или четыре силуэта, очерченные мерцающим пламенем. Они были похожи на людей обоих полов, но не таких, как я, Геймлпар и Винневра.

Что же до того, кто поднял меня, как ребенка…

– Ага, наконец-то! – произнес Предтеча тонким музыкальным голосом, легким, как ветер. – Мы боялись, что вы безвозвратно потеряны.

Он обратился к моему пленителю более грубым тоном, закончив фразу пыхтением и стуком зубов, и тварь аккуратно опустила меня на землю. У меня болели пальцы, запястье и плечо.

– Тебя зовут Чакас? – поинтересовался Предтеча, помахивая лампой у моего лица.

Почему огонь? Почему не…