Читаем Приемы успешной реабилитации (СИ) полностью

- А не ходи, – Билл сощурился на дым. – Мне очень бы хотелось посмотреть на это привлекательное зрелище.

- Чего? – младший брат явно над ним издевался. Том состроил удивленную гримасу. – Представляешь, Билль, мне вдруг показалось, что ты попросил подрочить прямо здесь и сейчас. Надо завязывать с коктейлями.

Билл усмехнулся.

- Я объясню. Мне надо сбить впечатление. Последний, кого я видел в таком виде – тот самый псих. У меня от воспоминаний настроение портится и тошнить начинает. Я вдруг сейчас подумал, что хочу увидеть, как дрочит красивый и здоровый парень. Тот, кому я доверяю.

Том криво улыбнулся и ничего не ответил. Мысль о самоудовлетворении на виду у Билла вдруг показалась ему еще более извращенной, чем предполагаемый секс с ледибоем.

Билл курил и сквозь дым смотрел на брата. Тому даже стало как-то неуютно под этим внимательным взглядом.

- Ты столько раз говорил, что мог стать порноактером, а сам боишься показать шоу собственному близнецу.

Том сглотнул. От слов брата мысли сделали неожиданный кульбит. А действительно, почему он так смутился? Своим телом Том гордился, хотя сейчас оно не в той форме, что месяц назад. Стесняться близнеца, с которым проводил целые дни напролет, плескаясь в волнах, и засыпал в обнимку - глупо. Причины странной просьбы Билл объяснил. А еще – он усомнился, чуть ли не в открытую назвав брата трусом.

Том рванул вверх длинную белую футболку. Провел рукой по прессу и нырнул под пояс джинсов. Стояк никуда не делся, напротив, от возможного эксклюзива член затвердел и желал скорейшего прикосновения.

Билл смял нервными пальцами сигарету.

Голова слегка кружилась, когда Том обнажился перед братом. Дотронулся до потемневшего от прилившей крови органа. Головка истекала капельками смазки, Том пальцами собрал ее, обласкал нежную кожу и обхватил ствол, улучшая скольжение. Билл посмотрел долгим взглядом в жмурящиеся от наслаждения глаза брата, а потом окончательно сосредоточил свое внимание внизу поджарого живота. Сейчас Том был худым и жилистым, как породистый жеребенок, и на контрасте с узкими бедрами и тонкими ногами член казался внушительным, откровенно взрослым в обрамлении коротких темных волос. Длинные пальцы привычно двигались по стволу, задерживались на головке, обводили по окружности, щекотали уздечку. Том прикрывал глаза и отрывал рот, громко дыша, совсем как на сцене, когда увлеченно играл на гитаре. Пожалуй, он отдавался этим двум занятиям с равным удовольствием. Поначалу Том пытался выстроить знакомые фантазии, но пышные девичьи груди и соблазнительные позы ускользали из сознания, оставляя сиюминутную ситуацию – ту, где он находился перед близнецом и ожесточенно ласкал себя. И удовольствие от ощущения неправильности было таким щемящим и острым, заставляющим ускорять ритм, подходить почти к вершине… Том, постанывая, останавливался и, кожей чувствуя убойно-возбуждающий взгляд брата, принимался истязать себя с новой силой. Так удивительно приятно, как никогда… Том уже начал хватать ртом воздух, когда вдруг сфокусировался на знакомом до мельчайшей черточки лице - Билл медленно облизал чувственные губы - и в этот же момент мир перед глазами взорвался концентрированным наслаждением. Том яростно двигал ладонью по истекающему теплым семенем органу, сладко постанывал от удовольствия, дрожа всем телом, до кончиков пальцев, до мелких мурашек. Он не слышал тихого выдоха, прозвучавшего от внимательно наблюдавшего за братом Билла.

Том лежал без сна и смотрел в потолок. В голове было пусто и как-то тягуче-неприятно. После сеанса непредвиденного стриптиза Билл вскочил с постели и исчез в своей комнате. Том не мог заснуть. Уставший организм требовал отдыха, но как только парень прикрывал глаза, как сразу сцены прошедшего дня набегали друг на друга, путались, складывались в причудливые вариации.

Не надо было все это затевать. Организовывая вылазку в закрытый стрип-клуб, Том искренне хотел помочь обоим – снять напряжение с себя и заинтересовать брата, и уж никак не думал, что вечер закончится так необычно. Это было внезапно, как все, что придумывал Билл, и так же остро, с горчинкой неправильности, как все его взбалмошные выходки. Том жалел о своем поступке и злился, потому что понимал - ему понравилось стоять перед внимательным горячим взглядом карих глаз, со спущенными штанами – то, что джинсы болтались на щиколотках, почему-то казалось Тому особенно развратным, ласкать свой член, чуть играя, чуть замедляясь, чтобы наслаждение не накрыло слишком быстро… Оргазм был такой сильный, даже болезненный. Том никогда не стонал в сексе, считал это немужским проявлением страсти, но тут волна удовольствия накатила как-то резко и неожиданно. Внезапно парень подумал, что вел себя почти как тот псих, что дрочил на Билла совсем недавно, и зажмурился от ужаса. Это объясняло и молчание брата, и его быстрый уход. Глаза предательски защипало.

В комнате появился темный силуэт. Том приподнялся на локтях.

Билл, по своей привычке, был закутан в одеяло. Неслышно пристроился рядом на постели.