Читаем Президенты США полностью

О провале Тафта в президентской кампании 1912 г. мы уже писали в очерке, посвященном Рузвельту. Вновь став рядовым гражданином, Тафт был намерен возвратиться к юридической практике. Однако возникли препятствия. Оказалось, что именно он назначил за четыре года своего президентства многих судей высокого ранга, и теперь в назначении его самого можно было усмотреть конфликт интересов. Бывшему президенту грозила элементарная безработица, так как он не имел значительных накоплений и не был в состоянии заняться бизнесом. Из нелегкого положения удалось выйти, когда ему была предложена профессорская должность в Йельском университете. Здесь он вначале прочитал курс «Современное государственное управление», в значительной степени представлявший воспоминания о собственном президентстве, а следующие годы преподавал свою давнюю дисциплину «Частное право».

С президентом Вильсоном, который был его конкурентом на выборах 1912 г., Тафт установил внешне дружеские отношения, хотя по ряду вопросов критиковал его политику. Его привело в негодование, когда Вильсон назначил на освободившееся место в Верховном суде популярного адвоката Луиса Брэндейса, вместо того чтобы назначить его самого. По этому поводу Тафт даже высказался в печати. Что касается внешней политики Вильсона, то Тафт поддерживал ее полностью, в том числе решение о вступлении США в мировую войну. Он даже демонстративно вступил в Национальную гвардию штата Коннектикут, хотя, разумеется, отправляться на войну не собирался.

Надежда попасть в Верховный суд в конце концов осуществилась, когда на выборах 1920 г. к власти вновь пришла республиканская администрация президента Уоррена Гардинга, которого Тафт в меру своих сил поддерживал. Сразу после избрания Гардинг спросил Тафта, примет ли он назначение в Верховный суд, на что претенциозный бывший президент ответил, что готов согласиться только на место председателя этого высшего судебного органа.

Вопрос остался открытым, но через полтора месяца после инаугурации Гардинга, в мае 1921 г., председатель Верховного суда Мэксин Уайт внезапно умер. Краткое время президент колебался, так как пообещал место в суде еще одному юристу. Но через своих знакомых Тафт продолжал давление. 30 июня президент назначил Тафта членом Верховного суда, Сенат сразу утвердил его, а вслед за этим он стал председателем, точнее, главным судьей (chief justice). Тафт чувствовал удовлетворение в связи с тем, что он оказался единственным в американской истории деятелем, который в разное время возглавлял две ветви власти США.

Под руководством Тафта Верховный суд рассмотрел ряд дел, связанных с полномочиями исполнительной власти, коммерческими делами, проблемой гражданских прав. По каждому вопросу принимались решения, которые обосновывались в духе, свойственном Тафту, — как Конституцией и другими законами, так и судебной практикой. Среди важнейших решений надо отметить приговор 1926 г. о том, что президент США вправе увольнять без санкции Сената тех государственных чиновников, назначение которых требовало сенатского одобрения. В 1927 г. суд был вынужден вмешаться в скандальное коррупционное дело нефтяного месторождения Типот-Доум в штате Вайоминг, переданного в частную собственность, хотя оно являлось топливным резервом военно-морского флота. О самом скандале будет рассказано ниже. Тафт же прореагировал на него в связи с тем, что замешанный в это дело бизнесмен отказался передать в распоряжение Конгресса связанные с этим делом бумаги. Верховный суд обязал передать бумаги на рассмотрение законодателей. Несколько решений были связаны с нарушениями «сухого закона», фактически запрещавшего в США спиртные напитки. Во всех этих делах Тафт упорно поддерживал «сухой закон», хотя становилось все более ясно, что он действует только формально и приносит стране и ее населению лишь вред.

Уже ко времени назначения председателем Верховного суда здоровье Тафта стало ухудшаться. Он пытался сохранить силы, вел здоровый образ жизни, каждый день ходил пешком на работу в Капитолий, где специальные помещения были отведены для Верховного суда.

Тафт был инициатором строительства нового представительного здания высшего судебного органа, расположенного рядом с Капитолием и Библиотекой Конгресса. Аргументируя перед Конгрессом острую необходимость сооружения нового здания, Тафт убедил, что две ветви власти не могут находиться в одном помещении. При его жизни было завершено проектирование и началась подготовка строительства. Но переезд в новое помещение состоялся только в 1935 г., когда Уильяма Тафта не было в живых.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
Русская печь
Русская печь

Печное искусство — особый вид народного творчества, имеющий богатые традиции и приемы. «Печь нам мать родная», — говорил русский народ испокон веков. Ведь с ее помощью не только топились деревенские избы и городские усадьбы — в печи готовили пищу, на ней лечились и спали, о ней слагали легенды и сказки.Книга расскажет о том, как устроена обычная или усовершенствованная русская печь и из каких основных частей она состоит, как самому изготовить материалы для кладки и сложить печь, как сушить ее и декорировать, заготовлять дрова и разводить огонь, готовить в ней пищу и печь хлеб, коптить рыбу и обжигать глиняные изделия.Если вы хотите своими руками сложить печь в загородном доме или на даче, подробное описание устройства и кладки подскажет, как это сделать правильно, а масса прекрасных иллюстраций поможет представить все воочию.

Геннадий Яковлевич Федотов , Владимир Арсентьевич Ситников , Геннадий Федотов

Биографии и Мемуары / Хобби и ремесла / Проза для детей / Дом и досуг / Документальное