Читаем Превыше Магии полностью

«А могу ли я вообще остановить это извержение, подарив покой Горам и гномам?» — возникла дерзкая, шальная мысль. Уж если кого-то и считать в этом Мире Властелином Стихий, то, наверное, только меня. Или Мир не простит мне такой самоуверенной непочтительности и моего наглого желания потягаться с ним Силой? Хотя, а для чего тогда он наградил меня такими возможностями?

Так, надо думать! Что спровоцировало гнев Мира и вызвало это землетрясение? Неуемная жадность гномов, под влиянием которой они упорно вгрызались в твердь, двигаясь вниз на недопустимую глубину. К чему это привело? Они нарушили толстую, защитную, твердую кору ядра Мира.

Что, если, я попытаюсь восстановить кору, закупорив образовавшееся открытое горло. Воспользуюсь для этого всем тем, что есть под рукой — отходами золотодобычи и окружающими скальными породами. Может быть, таким образом я восстановлю нарушенное равновесие?

Что мне мешает попробовать? Только ограниченность магических потоков в эфире, которая не даст мне, тут же, восстанавливать потраченный резерв Силы. Ну так, с пустым резервом я уже был и знаю, что это безумно тяжело, опасно, но выжить можно. Правда, навязанные на мою шею гномы, без моей помощи, на которую у меня, просто, не останется Сил, все тут сдохнут. Ну что ж, они и так были обречены, а теперь у них все-таки останется небольшой шанс выжить.

Решено! Рискну потягаться Силами с рассерженным Миром!

За время моих раздумий мне пришлось один раз отвлечься на то, чтобы охладить гномов воздушным потоком. Но сейчас, Красное солнце уже закатывалось за вершины гор, и стало прохладно. Скоро придется, наоборот, согревать их. Хотя нет, обойдутся, Силу надо поберечь, она вся, до капельки, нужна мне для другого.

— Хоркис! — окликнул я, уже некоторое время назад проснувшегося орка, стоящего с широко расставленными ногами для большей устойчивости на дрожащей земле, и борющегося с невольным желанием присесть. — Поднимай гномов и веди их за скалу. Пусть готовят горячую еду и не высовываются, — распорядился я, не спуская глаз с беснующегося вулкана.

— Мутный трах! Опять ты за свое! По тебе вижу, задумал что-то опасное! — отозвался встревожено Хоркис. — Может, просто попробуем убежать? — неуверенно предложил он, всматриваясь в вулкан, плюющийся во все стороны Огнем.

— Ты не веришь в меня? — удивился я.

— Я верю своим глазам, — возразил он в ответ. — С этим не справиться никому. Ни всем, вместе взятым, эльфам, с их магией. Ни всем, вместе взятым, орочьим Шаманам, с их колдовством. Ни всем, вместе взятым, гномам, с их артефактами.

Я пожал плечами. Что тут можно возразить? Не попробуешь — не узнаешь!

В наступивших сумерках, поднявшиеся гномы, проследив направление наших взглядов, сбились в тесную, дрожащую от страха кучу. В этот момент земля под ногами интенсивно дрогнула. Раздался сокрушительный взрыв, сопровождающийся оглушительным грохотом, который гулким эхом отозвался в окружающих нас горах и наших сердцах. Над жерлом вулкана вспыхнуло красное зарево. Горы содрогнулись, и это где-то вызвало обвалы и сходы лавин, о чем свидетельствовал повторяющийся грохот и громкое, незатухающее эхо. Вовремя мы убрались из пещеры! Она, наверняка, окончательно обвалилась. Не зря я так спешил и безжалостно подгонял гномов.

Выброс магмы из кратера был значительный. Было понятно, что еще чуть-чуть и она потечет сплошным потоком, не оставив от нас даже пепла.

Гномы попадали на землю, прикрывая головы руками, с криками паники и воем безумия. Хоркис кинулся пинками их понимать и загонять за скалу.

Я неотрывно смотрел на кратер вулкана. В наступившей темноте он выглядел еще более завораживающе зловещим и опасным. Он напоминал светящийся, красный глаз какого-то злобного, гигантского, враждебного чудовища, вырвавшегося на свободу из запертого чрева Мира.

Я закрыл глаза, полностью переключившись на магическое восприятие действительности. Сейчас отломаю дальний кусок чаши вулкана и, как бы, выпущу кровь моего врага, ослабляя его. Это действие далось мне быстро, и раскаленная магма, как я и хотел, устремилась вниз, с противоположной от меня стороны горного склона. Через некоторое время, когда часть магмы излилась, и внутреннее напряжение вулкана временно ослабло, я понял, что пора вступать в настоящий бой.

И тут, как вспышка озарения, вспомнилось Пророчество, о котором я, со всеми этими событиями, и думать-то забыл. Как там сказано?

Да… А ведь все, что было сказано в Пророчестве до этих строк, уже сбылось. Значит, Пророчество, как Путеводная Звезда, должно подсказать мне, как действовать в критической ситуации и избежать непоправимых ошибок.