Читаем Преподобный Иоанн Лествичник полностью

Господь для того и пришел на землю, чтобы изменить, преобразить и обновить естество человеческое (Беседа 44, § 1). Соединившись с душой человека, Христос «растворяет ее Своим Божественным Духом», постепенно изменяет ее, пока не возрастит в собственный Свой возраст. Он возвышает душу человека до беспредельного возрастания, пока она совершенно не пре-ложится в Его Божественное естество (Слово 6, гл. 7). На этой высокой степени нравственного развития подвижнику свойственны две дивные вещи: нижайшее смирение и высочайшая любовь. Первое делает его приятным для Господа, вторая — возлюбленным сыном Его (Слово 6, гл. 3, 6).

Какое же самочувствие человека, достигшего, по благодати Сына Божия, этой крайней, наивысшей степени духовного возрастания? Преподобный Макарий говорит, что таковые преисполняются многих и великих Божественных утешений (Слово 6, гл. 31). Сподобившиеся этого состояния иногда веселятся, как бы на царской вечери, и радуются какою-то невыразимой и неизреченной радостью; то они соуслаждаются духовно, то, как бесплотные Ангелы, чувствуют такую удободвижность и легкость, что как бы не считают себя облеченными в тело; иногда они бывают приведены в веселие как бы каким-то питием и испытывают несокрушимый духовный мир; иногда в слезах любви истаивают, молясь за весь мир, горя Божественной любовью ко всем человекам; иногда они упокаиваются ведением, Божественного Духа мудростью, и разумеют высокие тайны, какие не возможет изречь язык человеческий.

Все это — действия в человеке Логоса с Божественным Духом. Их испытывает тот, кто воспарил на высокую ступень духовного совершенства, и тогда он делается весь светом, весь радостью, весь упокоением, весь любовью. Он дошел до состояния мужа совершенна и достиг в меру возраста исполнения Христова (см.: Еф. 4, 13) (Слово 6, гл. 7).

В таких чертах описывает преподобный Макарий Египетский состояние усовершенствовавшегося подвижника, достигшего, по благодати Божией, третьей, высшей ступени нравственной жизни.

Как видим, и здесь, в разборе последнего этапа нравственного восхождения, в учениях святых отцов — Иоанна Лествичника, Исаака Сирина, с одной стороны, и Макария Египетского, с другой, — каких-либо разномыслий также не наблюдается. Правда, преподобный Макарий говорит об особом виде единения со Христом, о так называемом мистическом плототворении, но этот образ выражения вполне церковный и соответствует учению преподобного Иоанна Лествичника о совершенных, то есть достигших состояния духовной высоты и полного обновления духа.

Как плототворение, затем обожение Логосом, у преподобного Макария Египетского, так и усовершение у преподобного Иоанна Лествичника — это одно и то же состояние нравственной жизни человека, испытываемое подвижником на высоте духовного развития. Разница только в особом образе выражения, которым пользуется преподобный Макарий как мистик при определении высшей стадии духовного развития. Что же касается сущности понятия самого совершенствования, его фактического содержания и определения его степеней, то здесь вышеуказанные святые отцы мыслят, как думается, совершенно согласно.

Таким образом, мы проанализировали все три этапа духовного пути подвижника к совершенству по взглядам преподобного Макария Египетского — представителя второго направления древней мистики, Исаака Сирина — представителя третьего направления древней мистики и преподобного Иоанна Лествичника — аскета и подвижника V века.

Теперь преподобный Иоанн Лествичник со своими аскетическими тенденциями будет представлять для нас не только аскета-подвижника, но и искусного строителя многоступенчатой лествицы спасения; мы будем знать о нем не как о воине Христовом, воинствующем с невидимым врагом одиноко, но со многими великими подвижниками Древней Церкви в единомыслии и едином духовном стаде, Пастыреначальник же этого стада, его Хранитель, Питатель и Спаситель — Христос.

Весь путь духовного развития, состоящий из трех основных этапов (человека плотского, возрожденного и усовершенного), в учении указанных отцов имеет одну цель — достичь вечного блаженного единения с Богом. Таким образом, преподобный Иоанн Лествичник как представитель восточного аскетизма в истории подвижничества и аскетической мысли не совсем одинок. По своим взглядам он очень близок к некоторым представителям древних церковных мистических направлений, например, к преподобным Макарию Египетскому и Исааку Сирину. Об одном и том же они учат, об одном пишут и говорят — что путь духовного обновления чрезвычайно труден, многоопасен, что он требует от подвижника неимоверных усилий, но эти усилия восполняются силою Всесильного (Богом) и благодаря Ему многотрудный путь делается возможным и даже отрадным.