Читаем Препятствия к Венчанию и восприемничеству при Крещении полностью

Так завершился, с окончанием царствования императрицы Екатерины II, возникший по ее мысли вопрос об издании книжицы, или листа, о браках. В самом начале нового царствования вопрос этот был поднят вновь. 28 мая 1798 г. состоялось в Святейшем Синоде следующее постановление (из дела канцелярии обер-прокурора Святейшего Синода за 1798 г. № 1659): «Слушано и окончено исправлением сочиненное Святейшим Синодом, во исполнение именных Высочайших указов, к сведению священству и мирским особам, православный закон исповедающим, изъяснение о браках, в каком именно свойстве по правилам церковным запрещается быть бракосочетанию и с какими предосторожностями оное когда совершать. Приказали: означенное изъяснение, переписав набело и переплетя в бархат, представить Его Императорскому Величеству на Высочайшее утверждение Синодальному Господину обер-прокурору и кавалеру князю Василию Алексеевичу Хованскому при всеподданнейшем его рапорте». Во исполнение изложенного постановления Святейшего Синода синодальный обер-прокурор князь Хованский вошел к императору Павлу I с нижеследующим всеподданнейшим докладом: «По вступлении моем во Всемилостивейше возложенную на меня должность Синодального Обер-Прокурора, с одной стороны, найдя, что остаются без должного выполнения три Высочайшие повеления, 1) от 13 декабря 1744, 2) 6 июня 1765 и 3) 29 числа августа 1777 гг. о сочинении обстоятельного постановления для брачных обязательств, а с другой, по течению дел опытно видя, что многие священники, не имея у себя в виду на сии случаи правил, впадают иногда неумышленно в преступление, совершая недозволенные браки или под сим предлогом дают иногда место и намерения, преклоняясь на сие законопротивное действие обольщениями или угрозами в брак вступающих, нанося сим те вредные для общества последствия, что с расторжением беззаконных браков расстраивается наследие, отечество лишается добрых граждан, общество порядочных членов: остается жена без подкрепления, невинные дети без покрова и приличного воспитания, рождаются вражды и тяжбы, обременяющие как духовные, так и светские правительства. Убеждаясь всеми сими обстоятельствами и сообразуясь воле Вашего Императорского Величества, ко благу верноподданных клонящейся, я долгом звания моего поставил убедительно настоять у Синода, дабы для сведения священства и мирских особ, православный закон исповедающих, сделано было изъяснение о браках, в каком именно свойстве по правилам церковным запрещается быть бракосочетанию и с какими предосторожностями оное когда совершать, дабы при разрешении чрез сие всякого сомнительства и священники остерегались уже умышленно по какому-либо пристрастию впадать в преступление, и вступающие в брак равномерно при предостережении собственно себя и родственников своих не отваживались вовлекать священников в оное лестью и угрозами, ведая, что оное не останется без ответа тех и других и браки, с нарушением предписанных правил обвенчанные, будут расторгнуты. Синод, руководствуясь правилами святых отец и другими узаконениями, и присовокупя к тому собственное свое рассуждение, постановление сие, под неослабным наблюдением с моей стороны, привел ныне к окончанию; а как оное относится к повсеместному исполнению и всенародному извещению и служить должно государственным законом для всех и каждого, православный закон исповедающих, то и предлагал я Синоду, чтобы прежде нежели оное напечатано и пущено будет в действие, представить оное на Высочайшее Вашего Императорского Величества усмотрение, что самое исполнить Синод поручил мне». В ответ на этот всеподданнейший доклад Святейшему Синоду в июле 1798 г. было сообщено, что «Государь Император, за всеми существующими по сему предмету законами, издревле почитаемыми и свято наблюдающимися, до сего пункта, яко весьма важного, касаться за благо не приемлет».