Читаем Прем Сагар полностью

Шри Шукадева муни молвил: „О царь! когда упали те два дерева, то услыхав вдруг гул от их паденья, супруга Нанды, испугавшись, бросилась бежать туда, где привязала Кришну к ступе; за нею вслед бежали все пастушки, пастухи. Когда они там не нашли шри Кришну, тогда Яшода в страхе, в ужасе пошла вперед, крича, зовя: «Мохан, Мохан! Сестрицы, где он был привязан? не видел ли кто где-нибудь Канхаи, моего сыночка?» В это время одна браджанка, ушедшая вперед, вернулась и сказала: «Вон там два дерева упали, и там Мурари[177] невредимый!» Услышав это, все бросились вперед и видят, правда: деревья, вырванные с корнем, повалились, меж ними же сидит спокойно Кришна, к ступе той привязанный. Супруга Нанды подбежала и, отвязав от ступы Канху, плача, обняла его, а все пастушки, думая, что он испуган, принялися развлекать его, щелкая все пальцами и хлопая в ладоши. А Нанда с Упанандом[178] меж собою говорили так: «Деревья эти сотни лет росли! И как они могли быть вырванными с корнем? Такое чудо в голове не помещается, и тайну этого нам не постичь!» Услышав это, один из мальчиков подробно рассказал им, как оба дерева упали. Но все ж никто не мог поверить. Один сказал: «Да разве эти малые ребята могут уразуметь такую тайну?» Другой сказал: «Возможно, так и было… Разве может кто постичь путь Хари?» Так меж собой они различными догадками делились, потом же, взяв шри Кришну, с радостью вернулись в Гокуль, и Нанда джи всем роздал множество даров и много добрых дел свершил.

Прошло немного дней. Когда настал счастливый день рожденья Кришны, Яшода рани с радостью послала приглашенье всей родне; устроив пир великий, отпраздновала день рожденья. Когда уселись все и приступили к трапезе, то Нанда джи сказал: «Братцы, слушайте! Как можно жить теперь нам дале в этом Гокуле? Ведь что ни день, то приключается несчастие великое! Отсюда нужно нам уйти куда-нибудь, где мы найдем покой, траву и воду». Упананда молвил: «Давайте все отправимся в Вриндаван, поселимся там!» Услышав это слово, Нанда джи всех накормил и напоил и, бетель предложив, просил всех сесть. Немедленно послав за звездочетом, он вопросил о дне отъезда. И после размышленья звездочет сказал: «Для отправленья в эту сторону найлучшим завтрашний день будет. Вам слева[179] будет йогини[180] и позади Дишашул[181], прямо ж — месяц. Вы без сомнений отправляйтесь на заре!» Услышав это, все пастухи с пастушками немедля разошлися по домам. Едва ж зажглась заря, все встали и на телеги погрузили все свое добро, посуду и вместе съехались. Тогда к ним присоединился Нанда со своей семьей.

Вот ехал-ехал Нанда джи и прибыл к вечеру на место. Почтив богиню Вриндавана, поселились там; и стали жить спокойно и счастливо.

Когда шри Кришне джи исполнилось пять лет, то матери своей он так сказал: «Матушка! Я пойду пасти телят. Скажи ты Баладау, чтоб он не оставлял бы одного меня в лесу!» Она сказала: «Сынок! ведь для телят у нас есть много пастухов, твоих рабов; ни на минуту ты не удаляйся с глаз моих, о милый!» Канха молвил: «Коли пойду я в лес играть, то буду кушать, не то — я ничего не стану есть». Услышав это, мать Яшода позвала немедля пастушков и, им вручая Кришну с Баларамом, молвила: «Телят пасти теперь вы не ходите далеко! Смотрите же, до сумерек с обоими все возвращайтеся домой! В лесу ж не оставляйте их одних, и не спускайте с глаз своих; вы — их хранители!» Сказавши так, она дала для Рамы с Кришной завтрак и с пастухами отпустила их.

Они отправились и принялись телят пасти на берегу Ямуны и с пастухами там играть. А в это время в образе теленка туда явился демон Ватсасур, посланный Кансой. Увидевши его, телята в страхе разбежались. Тогда шри Кришна джи тихонько Баладеву джи дал знать, сказав: «О братец! Ведь это приближается сюда какой-то ракшас!» Когда он, щипля травку, подошел, чтоб нанести удар, тогда шри Кришна джи схватил его за обе задние ноги, им размахнулся и так его швырнул, что жизнь его ушла из тела!

Услышав о погибели Ватсасура, злой Канса царь Бакасура послал; то демон в виде журавля. Он прилетел в Вриндаван и, выбравши удобную минуту, сел, возвышаясь, как гора, на берегу Ямуны. Увидев журавля, все пастухи в великом страхе так сказали Кришне джи: «О братец! Ведь, это в виде журавля какой-то ракшас прилетел! Как нам спастися от него?» Меж тем как все они так Кришне говорили, Бакасур размышлял в душе: «Сегодня я живым его не выпущу из рук!» И вот, когда три Кришна подошел к нему, то он, схватив его в свой клюв, зажал его. Все дети, пастухов в великом страхе озирались, рыдали и кричали: «Ой! Ой! Здесь нет и Халадхара! Что ж скажем мы теперь Яшоде?» Увидев их в большой печали, шри Кришна сделался таким горячим, что Бакасур в клюве не мог его держать. Когда он изрыгнул его, шри Кришна вдруг схватил его за клюв, одной ногою наступил и разорвал. Потом, собрав телят, созвав друзей, с весельем, смехом он домой вернулся“.

Так гласит глава двенадцатая „Шри Кришна убивает Ватсасура и Бакасура“ в „Прем Сагаре“, сочиненном шри Лаллу Лалом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шицзин
Шицзин

«Книга песен и гимнов» («Шицзин») является древнейшим поэтическим памятником китайского народа, оказавшим огромное влияние на развитие китайской классической поэзии.Полный перевод «Книги песен» на русский язык публикуется впервые. Поэтический перевод «Книги песен» сделан советским китаеведом А. А. Штукиным, посвятившим работе над памятником многие годы. А. А. Штукин стремился дать читателям научно обоснованный, текстуально точный художественный перевод. Переводчик критически подошел к китайской комментаторской традиции, окружившей «Книгу песен» многочисленными наслоениями философско-этического характера, а также подверг критическому анализу работу европейских исследователей и переводчиков этого памятника.Вместе с тем по состоянию здоровья переводчику не удалось полностью учесть последние работы китайских литературоведов — исследователей «Книги песен». В ряде случев А. А. Штукин придерживается традиционного комментаторского понимания текста, в то время как китайские литературоведы дают новые толкования тех или иных мест памятника.Поэтическая редакция текста «Книги песен» сделана А. Е. Адалис. Послесловие написано доктором филологических наук.Н. Т. Федоренко. Комментарий составлен А. А. Штукиным. Редакция комментария сделана В. А. Кривцовым.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература