Читаем Предсказание - End полностью

А чуть позже, аккурат перед самым первым сеансом в комнате наверху, Кассиопея предложила ей и еще одну непыльную работу – обслуживать «круг». Готовить комнату к сеансу, зажигать свечи, следить за тем, чтобы ватман на столе не был поврежден, чтобы буквы в круге не стерлись. Чтобы под рукой всегда было несколько блюдечек с наклеенными на донце черными стрелками. А еще в обязанности Киры входило заваривать и подавать травяной чай.

Кассиопея сама вручила ей резной деревянный ларчик – хитрый такой, с тибетским узором на крышке, внутри которого были терпко-душистые пакетики с чаем. Кира вдыхала их аромат, заваривая, и у нее сразу легонько начинала кружиться голова. Это был какой-то особый травяной сбор, и Кассиопея им чрезвычайно дорожила. Чай подавали только в «круг», в комнату без окон перед сеансом. Всем остальным клиенткам салона в качестве угощения подавался обычный зеленый чай с обычными отдушками.

Таковы были правила. И за двадцать тысяч Кира эти правила ревностно соблюдала.

Сегодня клиенток в салоне не было вообще. Кира сидела на ресепшен и отчаянно скучала. Кассиопея уехала куда-то на машине перед самым открытием. Выглядела она неважно – под глазами круги, вид какой-то потерянный, усталый. Однако о том, куда она едет и скоро ли вернется, она своему менеджеру ничего не сказала.

В зале тихо играло радио, диджеи, как попугаи, обсуждали тему развода Пугачевой и Киркорова, сплетничали о Галкине, о Баскове и Лолите. Стилисты, бездельничая, подхватили эту животрепещущую тему. «Классно было бы, если бы Киркоров к нам на концерт приехал. Нет, лучше Басков, он такой пупс». «Ждем-с пупс, а будет „упс!“, это как с Лепсом весной – ждали, надеялись, а вместо него гастроли областного хора казачьего. Где они только у нас на Колокше казаков откопали?»

Потом заговорили об убийстве Куприяновой. Кира прислушивалась. Видела она эту Куприянову вчера здесь. Эта чумовая сцена, что тут разыгралась… А у хозяйки-то, оказывается, братец родной есть, и братец этот не кто иной, как…

Кира вспомнила, что рассказывала о сыне инженера Либлинга тетя Маня из десятого дома по улице Гражданской Войны. Да и мать ее тоже с бабкой это самое не раз обсуждали. Кира входила, и они умолкали, а потом, правда, с ее возрастом (уже не школьным) умолкать перестали. Эта история про учительницу немецкого – то ли она его совратила, то ли он ее изнасиловал. Школьник? А потом в парке он же еще и ту девчонку изнасиловал и прибил, чтобы следы скрыть. Или все было там по-другому?

Карусель… Кира тряхнула головой. Нет, все, хватит – здесь, в салоне красоты, не место для таких воспоминаний. Здесь слышен шум фена, шум воды из крана, но не тот противный ржавый скрип, не…

В дверь позвонили. «Самолетов, – подумала Кира с радостью и облегчением. – Хочу, чтобы это был он, очень даже хочу». Глянула на монитор – облом. На пороге стояла жена прокурора Марина Андреевна Костоглазова.

– Кирочка, добрый день. – Марина Андреевна оглядывалась по сторонам. – Хозяюшка наша где?

– С утра уехала. Вы на массаж? – Кира была сама предупредительность.

– Нет, я думала, сегодня соберемся. – Марина Андреевна облокотилась на стойку. – Шубина отказалась наотрез, Вера Захаровна… с ней вообще что-то непонятное. А я… не знаю, я подумала, может быть, мы без них, втроем?

– Кассиопеи нет.

– Кира, а можно вас попросить об одолжении, я не могу подняться туда?

– Но сеанса же не будет.

– Я понимаю, мне просто… ну, я хотела бы посмотреть.

– Боюсь, Марина Андреевна, это невозможно. Без хозяйки я не могу.

Марина Андреевна положила на ресепшен перед Кирой коробку духов «Ангел».

– Пожалуйста, Кира.

Кира пожала плечами: ну хорошо, духи – взятка? За что? За спертый воздух той комнаты?

Они поднялись наверх. Кира открыла дверь – у нее был запасной ключ. Марина Андреевна обошла вокруг стола.

– Зажгите свечи, – попросила она.

Кира извлекла из ящика спички, чиркнула. Она не понимала, но духи-взятка, за что-то ведь они были ей подарены?

– Кирочка, сядьте рядом, – сказала Марина Андреевна и заняла место Кассиопеи, место медиума.

У нее было такое сосредоточенное, важное и вместе с тем взволнованное лицо, что Кира… «Видел бы ее сейчас муженек-прокурор, – подумала она, – он убийством занят, а она… Чего она вообще хочет?»

– Давайте сами попробуем, попытаемся, – сказала Марина Андреевна, – одни, без них. Я… я чувствую, что у меня и у самой все получится. У меня потрясающий духовный настрой сегодня. Он ответит, он докажет, не было никаких совпадений, все было истинно. И тот мой жуткий потрясающий сон…

– Принести чая? – спросила Кира.

– Что? Нет, не нужно. Я давно хотела вам сказать, у этого вашего чая какой-то странный привкус.

– Травы, особый сбор.

– Голова после как чугун. Обойдемся на сей раз. Сядьте же, свечи горят, хорошо, все вроде как всегда…

– Вообще-то это непорядок, – заметила Кира.