Читаем Правитель Аляски полностью

Едва не оказавшийся гибельным для судна ветер на мгновение рассеял туман, и Арбузов заметил вдали уходящий в открытое море большой трёхмачтовый корабль. В подзорную трубу ясно увиделся американский флаг. Что здесь делал корабль Соединённых Штатов?

Баннер, управляющий компании на Кадьяке, позже удовлетворил любопытство моряков. Оказывается, корабль под командой шкипера О'Кейна простоял в бухте несколько недель, якобы из-за встречного ветра. Вчера американцу сказали, что приближается «Нева», и он вдруг поднял паруса. Хотя ветер вроде не изменился...

Лисянский почти сразу стал готовить судно к дальнейшему походу: на Кадьяке его ждало послание от Баранова, в котором говорилось, что отправился он отбивать у неприятеля Ситху и рассчитывает на помощь.

В Ситхинском заливе, куда «Нева» пришла через пять дней после отплытия с Кадьяка, встретили два небольших корабля компании — «Александра» и «Екатерину», и командир одного из них штурман Петров сообщил, что Баранов с алеутами задержался в проливах, где ведёт промыслы и выясняет свои отношения с недружественными племенами.

В одной из бухт моряки заприметили старого знакомца — трёхмачтовый корабль О'Кейна, но только было вознамерились нанести визит коллегам, как он снялся с якоря.

Лисянский как-то сразу невзлюбил эти места. Окружавшие залив берега и горы казались уж чересчур суровыми, мрачными, непригодными для обитания человека. Отчасти виной тому была погода. Почти непрерывно шли дожди, угрюмые тучи медленно ползли меж вздыбленных к небу скал, тёмный лес таил неясную угрозу. А может, на его восприятие влияли и мысли от трагедии, разыгравшейся здесь два года назад. Находясь на Кадьяке, он уже был наслышан о жутких подробностях гибели гарнизона крепости и застигнутой врасплох во время ночёвки на берегу промысловой партии Урбанова.

В первый же день к ним пожаловали на своих длинных долблёных лодках гости. Лица туземцев были раскрашены красными и чёрными полосами, а их главарь имел на физиономии изображение чёрного полумесяца. Лесные жители держались с подчёркнутой независимостью, они были вооружены огнестрельным оружием, но хотели приобрести ещё и предлагали по два морских бобра за ружьё. Лисянский, понимая невозможность подобной сделки с людьми, истребившими поселение Баранова, отослал их прочь.

Баранов появился в заливе девятнадцатого сентября на судне «Ермак», но лишь на следующий день смог обстоятельно побеседовать с Лисянским на борту «Невы».

...Их разговор длился уже третий час. Вначале в нём принимали участие и представленные Баранову офицеры «Невы», потом они остались в каюте наедине. Баранов интересовался деталями плавания, сам рассказал о положении русских поселений. Теперь предстояло обсудить планы совместных действий против колошей.

На столе каюты лежали привезённые Барановым трофеи — взятые им в оставленных колошами селениях боевые деревянные маски, шаманский бубен и погремушка, которая, по предположению Баранова, тоже использовалась при обряде шаманских заклинаний.

Воспользовавшись паузой в разговоре, Лисянский взял в руки погремушку и стал внимательно рассматривать её. В этой затейливой вещице, как и в других предметах, разложенных на столе, была зашифрована тайна народа, объявившего войну русским. Что же означает эта мистическая фигура с человеческим телом и головой птицы, держащая на руках детёныша с длинным, как у пеликана, клювом? Что означают цветные росписи толстых деревянных масок, которые, по словам Баранова, не в силах пробить и пуля, — все эти лики ворона, знакомых и фантастических зверей? Лисянский как бы между прочим уже обмолвился Баранову, что собирает коллекцию туземных редкостей, и сейчас намеренно подчёркивал свой интерес к этим вещам, как бы намекая правителю, что не прочь получить кое-какие из них для своей коллекции.