Читаем Правитель Аляски полностью

В развитие сделанных предложений или, быть может, в ответ на критику представленной им записки, доктор Шеффер направил в марте 1819 г. в министерство внутренних дел специальное «Прибавление», в котором доказывал, что без занятия Гавайских островов Россия лишится своих «владений на северо-западном берегу Америки и в скорости завладеют оными американцы Соединённых Штатов». «Бостонцы», по словам Шеффера, «давно уже тем только и занимаются, чтоб нам учинять всякие препятствия в наших предприятиях в сей части света... Они хитрят против нас в Китае», стремятся «уничтожить нашу торговлю между Азией и Америкой» и т. д. «Стоит токмо взглянуть на карту, — заключал Шеффер, — чтобы усмотреть все те выгоды, каковых Россия ожидать может от обладания сими островами, но надлежит сие предприятие совершить в наискорейшем времени, ибо спустя год в промедлении уже будет поздно».

В целесообразности и «великой пользе» присоединения хотя бы одного из Гавайских островов было убеждено и руководство Российско-Американской компании.

Хотя правление не решалось в полном объёме одобрить грандиозные планы Шеффера и сомневалось в его способностях «исполнять присвоение означенных островов вооружённой рукой», тем не менее оно также рекомендовало правительству «назначить два судна в транспорт и одно для прикрытия и до ста человек русских промышленных» с тем, чтобы обеспечить «прочное водворение» во владениях Каумуалии. «Повод же к сему есть самый благоприятнейший...— указывало главное правление, — доставление королю Томари всемилостивейше пожалованных в подарок вещей, получение которых... должно убедить его в пользу русских». При благоприятных обстоятельствах, как считало правление, «целить можно о заведении связей и на других островах, — может быть, удастся и купить один какой-либо остров, которого и довольно будет для пользы и видов компании».

Резюмируя свои взгляды в инструкциях «главноуправляющему российско-американскими колониями» Л. А. Гагемейстеру от 1 (13) апреля) 1819 г. М. М. Булдаков и В. В. Крамер писали: «Мирным образом, а может быть, ещё и покупкой которого-либо острова можно приобрести райское пристанище для русских судов, идущих кругом света, и для умножения многих торговых статей для нашей коммерции».

Практически, однако, рассчитывать на одобрение этих предложений Нессельроде и Александром I вряд ли было реально, особенно если учесть, что год назад компания уже получила категорический отказ при гораздо более благоприятных обстоятельствах. Приверженность царского правительства реакционной системе Священного союза и принципам легитизма всё возрастала, а интересы Российско-Американской компании по-прежнему рассматривались как более или менее второстепенные.

Сообщая руководству РАК о принятом решении, Нессельроде писал Козодавлеву летом 1819 г., что даже «при самых благоприятных обстоятельствах» император отказался принять Каумуалии «с подвластными ему островами в подданство Российской империи», а «ныне е. и. в-во тем не менее признает за нужное переменять означенное правило, что самые последствия доказали, до какой степени оно основательно, и опыт подтверждает, сколь мало должно надеяться на прочность такого водворения». Касаясь далее «намерения компании стараться о восстановлении с теми островами дружественных отношений», Нессельроде сообщал, что, «одобряя оное и желая полного успеха, е. и. в-во уверен, что при благоразумных распоряжениях и осмотрительном выборе со стороны её правления скромных и осторожных по делам исполнителей компания приобретёт сими средствами с большей благонадёжностью те же выгоды и пользу, коих ожидает от непрочного сими островами обладания». Разрешая компании «употребить по её благоусмотрению известные подарки» Каумуалии, император одновременно требовал руководствоваться только теми правилами, которые были «объяснены» в отношении Нессельроде Козодавлеву «28 февраля прошлого 1818 года». 15 (27) июля 1819 г. министерство внутренних дел уведомило компанию о решении Александра I в точном соответствии с ранее приведённым письмом К. В. Нессельроде.

Таков был петербургских финал гавайского спектакля в постановке доктора Шеффера. Он обошёлся Российско-Американской компании примерно в 200 тыс. рублей.

Попытки компании привлечь Шеффера к ответственности и заставить хотя бы частично возместить убытки ни к чему не привели. Сам Шеффер никаких средств не имел и со своей стороны засыпал главное правление требованиями выплатить ему жалованье и покрыть расходы в пути.

В конечном итоге правление сочло за лучшее дать своё согласие на «увольнение» доктора в Германию.