Читаем Правитель Аляски полностью

Тем временем в Европу приехал и главный герой гавайской авантюры — доктор Шеффер. Добравшись в конце июля 1818 г. до Дании, он узнал от русского посланника, что Александр I отправился на конгресс в Аахен. Предприимчивый доктор тотчас выехал в Берлин «для всеподданнейшего поднесения мемория о событиях, с ним случившихся на помянутых островах», а в Санкт-Петербург направил сопровождавшего его «промышленного» Ф. Осипова, который представил обстоятельный отчёт директорам Российско-Американской компании.

Встретиться с императором Александром I и лично вручить ему «Мемуар о Сандвичевых островах» Шефферу не удалось. Зато настойчивый доктор сумел в сентябре 1818 г. передать эту записку обоим руководителям русского ведомства иностранных дел — Каподистрии и Нессельроде. Шеффер рекомендовал царскому правительству захватить не только о-в Кауаи, но и весь архипелаг. «Занятием Сандвичевых островов Россия обеспечивает себе возможность производить ей одной торг мехами на северо-западном берегу и воспрепятствует американцам оным пользоваться, но как сии острова, так и заведения России и торговля её без оных будут для неё потеряны в сих странах света... Из Сандвичевых островов Россия возможет предлагать свои союзы Китаю, Японии... и американским владениям, от гишпанского ига освобождённым, возможет вспомоществовать Филиппинским островам, Тимору, Яве, Гое, и между тем произведения из Сандвичевых островов, равно как и российские, и их промышленность в сих странах распространятся».

Касаясь природных богатств Гавайских островов, выгод их географического положения и значения для развития тихоокеанской торговли, Шеффер сделал немало справедливых замечаний, но, когда речь шла о политических и особенно военных вопросах, его авантюристический дух проявился в полной мере. Он, в частности, выражал твёрдую уверенность, что Александр I сразу же последует его советам и «повелит с деятельностью все острова сии занять разом с такой военной силой, которая достаточно будет как для сбережения их за собой, так и для внушения уважения». По мнению Шеффера, «для произведения сего в действие потребно токмо два фрегата и несколько транспортных судов. Издержки за сие будут одним годом вознаграждены от произведений, особенно же сандалом, растущим на Атувае, Ваге и Овайге, который скоро и верно распродаётся в Кантоне».

Любопытно, что бравый доктор без малейшего смущения предлагал свою кандидатуру в качестве руководителя военной экспедиции. «Я обязанностью почту произвести в действие сие предприятие и покорить в. и. в-ву все сии Сандвичевы острова, буде благоволите мне оное поверить, и, хотя я и не воинского звания, однако ж оружие мне довольно известно, и притом имею столько опытности и мужества, чтобы отважить мою жизнь для блага человечества и пользы России...»

Во время конгресса в Аахене ни царь, ни его министры не имели ни желания, ни возможности заниматься обсуждением грандиозных проектов доктора Шеффера. Поэтому было решено отложить рассмотрение его записки до возвращения Александра I в Санкт-Петербург, а пока подготовить дополнительные материалы. Пересылая 1 (13) ноября 1818 г. копию памятной записки Шеффера из Аахена в Россию, граф Нессельроде просил своего помощника по министерству П. Я. Убри собрать необходимые сведения, с тем чтобы после возвращения императора в Санкт-Петербург можно было представить ему «детальный доклад».

В дальнейшем рассмотрением предложений доктора Шеффера занимались несколько ведомств и организаций (министерство иностранных дел, департамент мануфактур и внутренней торговли, Российско-Американская компания) и в результате вновь был проанализирован весь комплекс вопросов, связанных с политикой России на Северо-Западе Америки и Дальнем Востоке.

Уничтожающей критике проекты Шеффера были подвергнуты в департаменте мануфактур и внутренней торговли, в ведении которого в то время находилась Российско-Американская компания. Сотрудник министерства внутренних дел П. Острогорский не слишком поверил в реальность предложений об основании «на островах, в другом полушарии находящихся», плантаций хлопка, заведении мануфактур, «шёлковых фабрик» и т. п. Что же касается грандиозных торговых и политических проектов доктора Шеффера, то они встретили с его стороны самые решительные возражения. Поскольку «меновая торговля островитян» находится в руках Соединённых Штатов, то последние, «как их соседи, сильные на море, — писал П. Острогорский, — всякую другую державу, не имеющую в тех морях флота, к сей связи не охотно допустят». Скептически настроенный чиновник напоминал далее, что занятие о-ва Кауаи, «коего владелец и сам на то был согласен... было весьма неуспешно и послужило только к разорению там заведённой Российско-Американской фактории и потере некоторого компанейского имущества». Совершенно убийственным выглядело заключительное замечание по поводу согласия Шеффера возглавить военную экспедицию. «Сей пункт, — писал Острогорский, — заключает нескромное о себе мнение доктора Шеффера и... не заслуживает опровержения».