Читаем Правила игры полностью

Правым уклонистом он оставался даже после долгого трудового дня. Ну ладно. Хотя бы с «танкистом» что-то прояснилось. Очевидно, в момент внезапной атаки шофер отдыхал на хозяйской кровати под балдахином. Отчего б не отдохнуть, зная, что лидер фракции «Честный передел» в этот поздний час переделивает супружеское ложе в охотничьем домике с юной поклонницей? Услыхав стрельбу, горемыка шофер, вместо того чтобы сбежать в гараж, закатился под широкое ложе политического деятеля. Возможно, решил спросонья, что он давно в гараже, а кровать — не кровать, но — машина: самое безопасное место в ближнем бою.

— Итак, — начал я снова. — Почему вы сегодня отпустили прислугу раньше обычного?

— У меня была назначена важная встреча инкогнито, — буркнул депутат. — На высшем уровне.

— На чем была назначена?! — Я скрипнул, вставая, постельными пружинами. — Возьмите пальто, гражданин избранник! Место преступления мы еще с вами не осмотрели.

А во двор выйти стоило. Когда депутат при свете прожекторов увидал картину побоища, ему сделалось дурно. Ожидая, пока он придет немного в себя, я закурил.

— Что это?! — вытирая рот платком, забормотал Раздоров. — Это же… Это же — катастрофа! Завтра… Уже сегодня все газеты, все телевидение свяжет меня с этим!.. С этой!.. Пан Зюзя, сволочь, на стену полезет от радости!

— Нет худа без добра, — заметил я философски. — Действующего президента когда-то с моста уронили. С тех пор от него водкой… Короче, он с тех пор достиг всего, что вы себе желаете.

— Да?! — приободрился Раздоров. — Вы так думаете?! А что? Это мысль!

Заложив руки за спину, он выкатил грудь. Раздоров напоминал мне гения Тетеля из повести-сказки «Мастер-блоха»: то сдувался, то надувался.

— Очень, очень верное соображение! — Казалось, он и думать забыл о покойниках, населявших его усадьбу. — Мы должны это с вами использовать! Сколько липовых покушений сами на себя всякие проститутки устраивали! И все ради поднятия рейтинга. А тут — золотая жила! Я покажу этим импотентам, у кого из нас рейтинг стоит!

— Непременно. — Я взял его под руку. — А пока покажите мне, будьте любезны, ваши подземные владения: застенки, темницы, каменные мешки…

— Какие еще мешки?! — вырвался Раздоров.

— Ну, где-то же вы держите гнусных врагов демократии?! — улыбнулся я, разряжая обстановку.

Но шутки моей депутат, судя по тому, как стал опять раздуваться, не оценил.

— Владимир Иннокентьевич, мы напрасно теряем ваше время! Ей-богу, мы здесь одни. Если вы и впредь будете хорохориться я пристрелю вас, как Мартина Лютера Кинга, и все дела! Посмертно вам даже памятник отольют на кобыле с железными яйцами. А вы еще нужны своему народу, поверьте!

Чтобы заставить здравомыслящего в общем-то человека в подобное поверить, мне пришлось поднести к его умной башке «ремингтон» и передернуть затвор.

— В качестве дружеской услуги! — побледнев, замямлил Раздоров. — В порядке одолжения… Аркадий Петрович Маевский, как ближайший соратник и сочувствующий…

— Да рожай ты, овца бодливая! — сорвался я окончательно.

— В подземном гараже у меня есть подвал со всеми удобствами! — Раздоров, славящийся умением вовремя сделать правильный выбор, повел меня к воротам гаража, встроенного в резиденцию с тыльной стороны. — Исключительно для их собственной пользы! Маевский попросил меня спрятать от посторонних глаз шестерых сотрудников аппарата месяца на два-три максимум!

Ворота гаража с улицы открывались с помощью ультразвукового сигнала, настроенного на определенную частоту.

— Это в их же интересах, — напомнил мне повторно Владимир Иннокентьевич, нажимая кнопку пульта. — Они все стали невольными свидетелями… Какой-то жесткий компромат на эшелоны, вы понимаете…

Ворота медленно поползли вверх, открывая беззубую пасть автомобильного узилища.

— Невольными? — Я покосился на Раздорова. — Были бы вольными, не сидели бы у тебя под замком, хренов ты поборник.

— Да они ни в чем не нуждаются! — будто угадывая мои мысли, продолжил Раздоров свою речевку. — Все необходимое: одеяла, белки, жиры, витамины свежие…

— И раздельный санузел, — оборвал я его.

— И это, — подтвердил депутат, но тут же добавил: — Впрочем, за их содержание отвечает Караваев, помощник Аркадия по безопасности. Его сотрудники здесь распоряжаются.

Я придержал Раздорова и прошел вперед.

Подземный гараж Владимира Иннокентьевича содержался отменно. Даже лучше, чем «полярное» хозяйство Ланцета в Беляево. Три машины: две темно-синие «Ауди» со всеми блатными «прибабахами» от мигалок до спецномеров и умопомрачительный лимузин представительского класса размером с яхту среднего водоизмещения — сияли чистотой, не достойной ни дураков наших, ни дорог.

— Кто несет охрану резиденции? — спросил я у подошедшего Раздорова. — Кому она, эта охрана, вообще подчиняется?

— Аркадию, — нехотя сознался депутат. — Да и все остальное… — Не договорив, он в досаде махнул только рукой.

— Где ключи?

— Вы что, еще не поняли?! — Владимир Иннокентьевич опять начал петушиться. — И потом, у вас ордер есть?! Вы мне так и не предъявили!