Читаем Правда о деле Савольты полностью

М. Гражданин Соединенных Штатов.

Д. С какого момента вы являетесь гражданином США?

М. С 8 марта 1922 года.

Д. Ваша национальность?

М. Испанец по происхождению.

Д. Когда и где вы родились?

М. В Испании, в Вальядолиде, 9 мая 1891 года.

Д. Где вы работали с 1917 года по 1919 включительно?

М. В Испании, в городе Барселона.

Д. Следует ли из этого, что вы жили в Вальядолиде и ежедневно ездили на работу в Барселону?

М. Нет.

Д. Почему?

М. Вальядолид находится более чем в семистах километрах от Барселоны…

Д. Поточнее, пожалуйста.

М. …это приблизительно четыреста миль расстояния. Почти два дня пути.

Д. Вы хотите сказать, что переселились в Барселону?

М. Да.

Д. Почему?

М. Я не мог найти работы в Вальядолиде.

Д. Неужели никто не захотел заключить с вами трудового соглашения?

М. Нет. Там и без меня хватало просителей.

Д. А в Барселоне?

М. В Барселоне имелось больше возможностей.

Д. Какого рода?

М. Можно было найти работу с более высоким окладом и быстрее продвинуться по службе.

Д. Значит, вы уже работали в Барселоне?

М. Нет.

Д. Тогда почему вы утверждаете, что там было больше возможностей?

М. Об этом все знали.

Д. Объясните.

М. Барселона — город с более развитой промышленностью и торговлей. Ежедневно туда приезжали жители других селений в поисках работы. Как это происходит с Нью-Йорком.

Д. А что происходит с Нью-Йорком?

М. Никого не удивит, если, например, кто-нибудь переедет жить в Нью-Йорк из Вермонта в надежде найти работу.

Д. Почему именно из Вермонта?

М. Я привел его в качестве примера.

Д. Следует ли из этого, что положение с работой в Вермонте и Вальядолиде одинаково?

М. Нет, не следует. Я не знаю Вермонта. По-видимому, мой пример неудачен.

Д. Почему вы назвали именно Вермонт?

М. Я назвал первый пришедший мне на ум город. Вероятно, я наткнулся на него сегодня утром в газете…

Д. В газете?

М. …случайно.

Д. По-прежнему не вижу никакой связи.

М. Я же сказал: мой пример явно неудачен.

Д. Хотите, чтобы Вермонт не фигурировал в ваших показаниях?

М. Нет, нет. Мне все равно.

— А мы уже решили, что вы не придете, — сказала сеньора Савольта, пожимая руку сеньору Клаудедеу и целуя в обе щеки его жену.

— Все причуды Неус, — ответил сеньор Клаудедеу, кивая в сторону супруги. — Мы еще час назад могли быть здесь, но она настояла на том, чтобы мы задержались, опасаясь прийти в гости первыми. По ее мнению — то дурной тон.

— А в результате мы решили, что вы не придете совсем, — повторила сеньора Савольта.

— Надеюсь, по крайней мере, — проговорила сеньора Клаудедеу, — вы не успели поужинать?

— Не успели поужинать?! — воскликнула сеньора Савольта. — Да мы уже давным-давно вышли из-за стола. Теперь будете поститься до завтрака.

— Хороша шуточка! — рассмеялся сеньор Клаудедеу. — Знай мы это наперед, непременно прихватили бы с собой парочку бутербродов.

— Бутербродов! — воскликнула сеньора Савольта. — Прекрасная идея!

— Да уж, идеи у Николаса, как у солдафона, — изрекла сеньора Клаудедеу, потупив глаза.

— Неужели вы, действительно, поужинали? — переспросил сеньор Клаудедеу.

— Разумеется. А вы как думали? Мы очень проголодались и поскольку думали, что вы не придете… — начала сеньора Савольта извиняющимся тоном, но улыбка выдала ее и, не договорив, она смолкла.

— Я так и знала, что мы явимся первыми, — вздохнула сеньора Клаудедеу.

— Не волнуйся, Неус, — успокоила ее сеньора Савольта, — уже съехалось не менее двухсот гостей, куда больше. Слышишь, какой там стоит гул?

В самом деле, сквозь закрытые двери в вестибюль доносились из залы голоса и звуки скрипок. Здесь же царили пустота, тишина и полумрак. Только слуга в ливрее охранял вход в дом со стороны сада, суровый, недвижный, безжизненный, словно рядом с ним не разговаривали три человека, а незримо присутствовал дух начальника. Слуга скользил взглядом по антаблементу и думал о чем-то своем или незаметно вслушивался в разговор. Вошла горничная, очень смущенная, приняла пальто у прибывших гостей и шляпу с тростью — у кабальеро, избегая при этом его наглый, игривый взгляд, а также слишком бдительный взгляд хозяйки, которая с притворным равнодушием следила за каждым ее движением.

— Надеюсь, ужин задержался не по нашей вине? — снова забеспокоилась сеньора Клаудедеу.

— Ах, Неус, — пожурила подругу сеньора Савольта, — ты слишком мнительна.

Внезапно двери залы распахнулись, и на пороге в ореоле света появился сеньор Савольта, а вместе с ним в вестибюль ворвался шум.

— Ба, кто к нам пожаловал! — воскликнул он и с укором добавил — А мы уж думали, вы не придете.

— Твоя жена только что сказала нам об этом и здорово напугала.

— Все только и спрашивают о тебе. Праздник без Клаудедеу все равно, что застолье без вина! — И почтительно целуя руку даме, спросил: — Как дела, Неус?

— Я вижу, тебе не занимать фиглярства у моего мужа, — заметила она.

— Пожалуйста, Неус, не третируй бедненького Николаса, — попросил ее Савольта и тут же, обращаясь к нему, проговорил: — У меня есть для тебя презабавная новость. Из самых первых источников. Она тебя весьма позабавит. — И оборачиваясь к дамам, добавил — С вашего позволения, я его похищаю.