Ввиду крайней бедности многие школьники в дни великих праздников ходили по домам за сбором подаяния. Жили школяры очень тесно. Иногда им приходилось тесниться в одной комнате вместе с семьей причетника и его учениками из обывательских детей, и тогда только один стол был неприкосновенною собственностью школяров. Неудивительно, что при такой тесноте между школьниками и их хозяевами происходило немало неприятных, а иногда и смешных недоразумений. Но все переносили школяры, лишь бы только не утерять звания воспитанников Академии. В каникулярное время, а иногда и в учебное, академисты расходились на кондиции чуть ли не по всей Малороссии, продолжая числиться воспитанниками Академии. Иные из школяров добывали себе средства пропитания распеванием духовных стихов. Каждый день в обеденное время они ходили по киевским улицам и пред каждым домом у окна или у ворот пели гимны, прося милостыни.

По вечерам они собирались на площади перед собранием торговцев, остававшихся на ночлег около своих лавок, и распевали портесные канты в честь святых угодников или чудотворных икон, особенно в честь Божией Матери. Музыка и слова этих кантов всегда были сочинением самих студентов. С наступлением летних каникул, когда одни из питомцев Академии отправлялись под кров своих родителей и родственников, а бездомные и бесприютные соединялись в странствующие труппы с целью как-нибудь пропитаться до начала учения, эти гимны и канты раздавались по селам и полям всей Украины.

Еще при митрополите Петре Могиле в первой половине XVII века воспитанники коллегии сочиняли и исполняли в лицах драматические представления, изображавшие библейские события. В составлении таких духовных пьес немало потрудился и св. Димитрий, будущий митрополит Ростовский. Местом представления обычно служила академическая зала, а иногда открытая поляна в какой-нибудь роще, куда во время так называемых “рекреаций”, бывавших раза три в году, отправлялись вместе и учащие, и учащиеся.

С особенной торжественностью справлялись в Академии некоторые праздники и знаменательные дни. Так, в Вербную субботу все воспитанники Академии вместе с начальством собирались перед вечерней в ограду Софийского собора. Получив благословение митрополита, они с пением стихиры “Днесь благодать Святаго Духа нас собра”, с вербами в руках направлялись в Подол, где в великой церкви братского монастыря отправляема была вечерня и говорилось поучение В большие академические праздники воспитанники стояли за богослужением со свечами в руках, участвуя в большом херувимском выходе. В крестных ходах при погребальных процессиях воспитанники шли по классам, причем на фланге каждого класса шел знаменосец, в руках которого был значок на древке с изображением Спасителя и Божией Матери в звездах

В заключение этого краткого очерка академической жизни опишем внешний вид тогдашнего студента Академии. Верхнюю одежду студента составляла “кирея”, род шинели без капюшона, с откидными рукавами, простиравшаяся до пят. Летом она бывала у богатых из шелковой материи, а у бедных из китайки, а зимою из сукна и по краям обшивалась красным или желтым шнурком в узорах. В зимнюю пору под кирею надевали овчинный кожух, подпоясываемый шелковым или шерстяным кушаком, а в летнюю короткий кафтан из какой-нибудь материи, до верха застегиваемый металлическими пуговицами. Штаны у щеголей были красные или голубые, чрезвычайной ширины. Шапка делалась из смушек с каким-нибудь цветным верхом. Сапоги бывали тоже разных цветов, щеголи носили красные или желтые с отворотами, на высоких каблуках, со звенящими подковами

Таковы были те киевские братские училища, куда привезла Петра Величковского его мать к началу 1735-36 учебного года. Это была школа, единственная не только во всей Украине, но и во всей России, не уступавшая по высоте образования лучшим заграничным школам и вместе с тем школа народная, строго православная, истинный народный и православный университет, предмет утешения и гордости украинского народа.

Понятно, что вступить в такую школу было заветною мечтою и счастьем каждого даровитого и любознательного малороссийского юноши того времени.

Глава 3. Жизнь Петра Величковского в Киевской Академии. Возрастающее влечение к монашеству. Неудачная попытка поступить в Китаевский скит. Объяснение с префектом академии. Последнее свидание с матерью. Бегство от мира