Читаем Правда христианства полностью

Особенною торжественностью отличались годичные диспуты Председательствовал на них сам митрополит, присутствовали на них знатнейшие лица города. Приводим интересное описание одного из таких диспутов, происходившего в сороковых годах XVIII столетия, т. е. почти в то самое время, когда в Академии учился П. Величковский.

В день, назначенный для диспута, все знатнейшие сановпики Киева и все окрестные помещики, съехавшиеся в город для того торжества, отправились рано утром в Лавру, где еще с вечера находился митрополит. Часов в девять утра из Лавры тронулся торжественный поезд по направлению к Подолу Митрополит ехал в карете, запряженной восьмеркой лошадей. Поезд был так длинен, что когда голова его показалась на спуске Александровской горы, то хвост еще находился около Лавры. В эту минуту на всех колокольнях Подола раздался колокольный звон и карета митрополита медленно приблизилась к Братскому монастырю, окруженному цеховыми значками и бессчисленным множеством народа, занимавшему всю площадь и академический двор На больших воротах Братского монастыря красовался большой, вычурно разукрашенный лист, извещавший Киевлян о времени и предмете ученого диспута Как только карета митрополита остановилась у Святых ворот, звон на братской колокольне прекратился и тотчас же умолк звон и по всем остальным церквам. Но в тот же самый момент раздался громкий концерт двух академических хоров, расположившихся в Святых воротах монастыря, и один из студентов приветствовал митрополита речью. Митрополит следовал в залу, предшествуемый певчими, а на обширной галерее главного корпуса академический оркестр гремел встречный марш. Когда митрополит дошел до середины залы, музыка смолкла и певчие, уже поместившиеся на хорах, запели. “Царю Небесный”. Вслед за тем начались приветствия на разных языках в стихах и прозе, а между тем постепенно прибывали остальные участники торжества и наполняли залу. Когда митрополит и знатнейшие гости заняли свои места, префект поднес им разрисованные тезисы предстоящего диспута. Вот некоторые из этих тезисов. По философии: “Цель философии — доставление человеку возможного счастья на земле, познание истины и усовершенствование человека в добродетели”. По логике: “Предмет логики — существенный: настроить деятельность рассудка; формальный: излагать к тому известные формы”. По этике: а) “Этика — есть наука, которая имеет предметом своим деятельность воли, направленной к нравственному добру”, б) “Дикие звери не действуют с определенной целью”, в) “Кто выходит на дуэль, тот не доказывает этим никакой доблести”, г) “Нет никакой знакомой причины, по которой бы человек мог лишить себя жизни”. По физике: “Разумная душа творится и входит в человека от самого Бога и по существу своему бессмертна”. По метафизике: а) “Метафизика есть наука, предметом которой служит естество, чуждое всего материального”, б) “Бог есть существо, существующее само по себе: но бытие Его усматривается из явлений”.

Эти тезисы, гласила программа, под руководством профессора Казачинского, в Киевской православной Могило-Заборовской Академии будет защищать А. А. З. З., а возражать будет один из отличнейших слушателей философии Василий Думницкий. Ввиду обширности программы она не могла быть выполнена целиком и по указанию митрополита было выбрано несколько тезисов. В промежутках между прениями певчие пели концерты и канты, оркестр играл разные пьесы, а ученики низших и средних классов произносили диалоги и стихи. По окончании диспута митрополит и почетнейшие гости удалились в покои ректора Академии, где им предложено было угощение”.

Все воспитанники Академии делились на две группы. Меньшая проживала в общежитии при Академии, большая, к которой принадлежал и Величковский, жила по квартирам вне Академии. Воспитанники этой категории большей частью ютились по школам, при приходских храмах. Находясь под наблюдением приходских священников, они помимо своих прямых учебных занятий, обязаны были приучаться к чтению и пению в церкви. Назначенный в каждое такое школьное общежитие сениор ежедневно наряжал в церковь двух учеников по очереди, а где их бывало много, там и трех, и четырех, для чтения Псалтири, канонов и для пения. В праздничные же дни все живущие в школе воспитанники обязаны были присутствовать в своей приходской церкви, а способные петь на клиросе. За этот труд школьники получали от церкви отопление и денежную плату, впрочем, очень скудную. Сохранилась следующая запись в одной из приходских церквей: “Дано школярам “праздникового” на Покров две копейки, в первый день Пасхи дано в школу школярам ради праздника две копейки”.