Читаем Повелитель Мории полностью

Потом проехали еще гномы; некоторые знакомые, а других Вине видел в первый раз — но все они были в кольчугах и шлемах, с топорам. Хотя у одного, кряжистого крепыша, вместо топора опять же была боевая кирка. Обилие оружия и доспехов встревожило гончара — но не более. Ведь гномы никогда не посылают в бой молодежь и стариков. Война для подгорного народа — удел зрелых мужей… Вине заметил еще одно знакомое лицо. Как же, забудешь такого! Глава гильдии оружейников, — седая борода длиной в два ярда, заплетенная, обмотанная вокруг тела и заткнутая за пояс — мастер Фрар собственной персоной верхом на пони. Гончар даже сплюнул в сторону после того, как увидел это лицо с маской вечного недовольства. Второго такого скупердяя надо еще поискать даже среди гномов. Дом гончара соседствовал с домами кожевника и местного кузнеца (который, по правде говоря, занимался только тем, что перепродавал изделия гномов), и Винсу не раз доводилось быть свидетелем того, как Фрар до посинения торговался за каждый клочок кожи и каждый гвоздь. Да и на ярмарке мастер-оружейник отличился не раз. Хотя надо признать — свою работу Фрар знал отменно. Если на изделии стояла его личная печать, такое оружие ценилось на вес золота.

Заметив последнего гнома, который в некотором отдалении от остальных замыкал колонну, Вине вздрогнул. Этого гнома гончар тоже хорошо знал. Невысокий и сухощавый, он одним своим видом вызывал необъяснимую тревогу.

Оин внимательно посмотрел на частокол, за которым скрывался гончар, и тот отпрянул от щели.

— Война, — прошептали одеревеневшие губы Винса. — Гномы идут на войну. Необходимо сообщить старосте, пусть шлет гонца королю.

Через четверть часа Вине стучался в ворота старосты. Против ожидания, Фаронд выслушал сообщение гончара равнодушно.

— Ну и что? — зевая, ответил он. — Все знают, что гномы хотят вернуть Морию. Это их дело, пусть себе воюют. Гонца, конечно, пошлю, но вряд ли наши новости будут новостями для короля. Иди домой и спи спокойно.

— Не могу я, — ответил Вине. — Печи затопил, горшки буду обжигать.

— Вот и обжигай, — согласился Фаронд.

Не переставая зевать, староста прошел в комнату, где у него хранились свитки и книги. Открыв книгу происшествий, быстро записал: «Сего дня двадцать первого апреля года 1389 или 2989 Третьей эпохи по счету эльфов вооруженный отряд гномов численностью около полусотни проследовал по дороге в Дейл». К точности в цифрах и датах старосту приучило соседство с подгорным народом. Почесав за ухом, Фаронд добавил: «Судя по направлению и тому, что гномы проследовали верхом, с обозом, они направляются в Морию. Предводитель отряда…» В этом месте староста задумался. Гончар сказал, что главным был Оин. Но Фаронд понимал, что гномы никогда не назначили бы его командиром. Перебрав в уме все имена, которые назвал ему Вине, староста твердо закончил: «Предводитель отряда — Балин».

* * *

В это самое время Оин, который ехал замыкающим, пришпорил своего пони и скоро оказался рядом с Балином.

— Нас заметили, — глухо и чуть нараспев произнес Оин.

Балин оглянулся по сторонам. Тень недовольства промелькнула на его лице. Ничего не ответив другу, он только приказал:

— Шире шаг.

Гномы, прекрасно слышавшие своего командира, пустили пони рысью. Впереди их ждала остановка в Дейле, где они собирались переговорить с королем Байном. Вот уже почти двадцать лет король Байн, сын Барда, крепко и честно правил своим народом. Его армия сильна, и возглавляет ее Гримбьорн Молодой, сын Бьерна. Гримбьорн, в отличие от своего отца, не умел менять шкуры, превращаясь в медведя, и больше благоволил к людям.